Я ВАМ ДОВЕРЯЮ — 24 июля 2026 г. в 20:24:37.143
Я ВАМ ДОВЕРЯЮ (рассказ с элементами были и небылицы) В компании "Бастион" накопилась туча прорывных идей. Некоторые могли изменить банковскую систему. Некоторые - сразу всю мировую экономику. Одна, по мнению стажёра Феди, могла вообще отменить бухгалтерию, но бухгалтер Римма Соломоновна попросила отложить её до тех пор, пока Федя не вернёт восемьсот рублей, взятые под отчёт. С деньгами в "Бастионе" дело обстояло хуже. Их было сто пятьдесят семь тысяч триста рублей. Этой суммы хватало либо на погашение части долга по аренде, либо на зарплату одного программиста, либо на корпоратив для всей компании, если тосты поднимать за банкротство водой из кулера. "Бастион"» разрабатывал ИИ для защиты банковских платежей. Система должна была замечать атаку за секунды, изолировать подозрительные операции и не останавливать весь банк из-за одного мошенника. Идея была прекрасна. А кризис между тем хозяйничал в стране с размахом нового владельца. Компании сокращали расходы. Банки ушли в консервативное ожидание чудес от ЦентроБанка. Инвесторы прятали деньги в такие надёжные места, что потом сами не могли их найти. Генеральный директор "Бастиона" Аня Левина собрала всю команду в переговорной. За столом сидели семь человек. Семь человек и куча прорывных идей. - Короче говоря, - объявила Аня, немного заикаясь. - Денег на зарплату нет. Инвестор отказался. Клиенты перенесли пилотные заказы и жалуются на кризис взаимных неплатежей. Я не знаю, выживет ли компания. - Воот... Наконец-то прозрачная корпоративная культура, типа всем п…дец, но вы держитесь, - сказал главный программист Гена. Никто не улыбнулся. - Я пойму каждого, кто сегодня уйдёт, - мрачно заключила Анна. - Но если вы останетесь, то за шесть недель мы должны превратить прототип в продукт, который можно поставить в настоящий банк во время настоящей атаки. - А если не успеем? - спросил Федя. - Тогда закроемся через шесть недель вместо того, чтобы закрыться сегодня. - Намечается стратегия роста, - одобрительно сказала Римма Соломоновна. Анна села обратно в кресло и опустила глаза. Она не знала, что от кого ждать. Боли она тоже особой не чувствовала. Всё было как будто под сильной анестезией. Она знала, что когда останется дома одна и наркоз под ником "сильная женщина - руководитель" отойдёт, то она будет корчиться и кричать от боли. Но не сейчас. Сейчас она сидела спокойно и ждала приговора от своих дорогих ребят. От каждого. Главный инженер Лёва покачался на стуле и просто сообщил: - Я остаюсь. - Почему? - Когда у нас были деньги, вы сначала платили нам, потом себе. Хочу посмотреть, что вы будете делать, когда денег нет совсем. Гена ковырнул стол праздно валяющейся скрепкой и пробурчал: - Я по ходу тоже остаюсь. Но по менее благородной причине. Я три года писал этот код и не позволю какому-нибудь банку купить его на распродаже вместе со стульями. Через 10 минут выяснилось, что остались все. Даже Федя, хотя его профессиональная ценность пока заключалась главным образом в том, что он умел заказать ночью еду в офис и не перепутать адрес. Люди любят говорить, будто команду объединяет великая идея. Это приятно звучит на конференциях. В действительности в кризис команду объединяет память. Один помнит, что руководитель не свалил на него собственную ошибку. Другой - что его не уволили после неудачного эксперимента. Третий - что ему однажды поверили раньше, чем он сам начал в себя верить. И только потом появляются речи и соображения о великой цели. Шесть недель "Бастион" работал так, как работают либо влюблённые, либо обречённые. Люди спали на раскладушках. Серверная обогревала офис лучше батарей. Римма Соломоновна освоила тестирование и обнаружила в программе четырнадцать ошибок, три лишние подписки и неучтённый чайник. На второй неделе система научилась находить атаки, но останавливала вместе с ними половину законных платежей. На третьей - пропускала мошенников, зато не беспокоила честных граждан. Продолжение ниже