КОЛОБОК ГОСУДАРСТВЕННОГО ЗНАЧЕНИЯ — 15 августа 2026 г. в 09:26:34.672
КОЛОБОК ГОСУДАРСТВЕННОГО ЗНАЧЕНИЯ (Мой сон про некоего писателя с пятницы на субботу при температуре 38. Ни таких писателей, ни таких чиновников на самом деле не существует.) О присуждении мне Государственной премии я узнал во вторник в десять часов семнадцать минут... В десять двадцать выяснилось, что премия мне пока не присуждена... В одиннадцать пятьдесят секретарь Комитета по защите традиционного сюжета сообщил, что сама премия ещё не учреждена... А в половине второго меня попросили срочно приехать на церемонию награждения, поскольку телетрансляция уже началась и ведущий третий раз произнёс мою фамилию, пока ещё неправильно. Так начался самый счастливый день в моей литературной жизни. До этого дня литературная жизнь моя состояла преимущественно из отказов. Редакции благодарили меня за доверие, издательства желали творческих успехов, а читатели, которых насчитывалось двое, моя бывшая жена и судебный пристав, предпочитали знакомиться с моими произведениями по исполнительным листам. Последний мой роман назывался "Человек среднего радиуса". Он повествовал о скромном служащем Аркадии Петровиче, который всю жизнь пытался уйти от начальства, семьи, ипотеки и необходимости иметь мнение. Поскольку Аркадий Петрович был человеком мягким, бесхребетным и склонным к полноте, редактор издательства, грустно посмотрев на мой потрепанный пиджак, предложила заменить его на Колобка. - Это не ухудшит роман, - сказала красавица редактор. - Зато появится дополнительная целевая аудитория от шести лет. - Но у меня роман о трагедии личности, - вяло запротестовал я. - Вот и прекрасно. Дети должны заранее знать, чем всё кончается... Так Аркадий Петрович стал Колобком. Банк превратился в Деда, бухгалтерия - в Бабку, налоговая - в Волка, конкурент - в Медведя, а женщина из отдела корпоративных коммуникаций, соблазнившая героя перспективой повышения, естественным образом сделалась Лисой. Роман после этого сократился с шестисот страниц до восьми, зато приобрёл модную нынче народность. Перечтя его и бухнув от накатившего творческого омерзения стаканчик водки, я решился и послал его на конкурс интерпретаций русской сказки "Колобок", устроенный Государственным комитетом культурной устойчивости. Замечу сразу, что никаких особых надежд я не питал. Настоящий писатель, готовящийся претерпеть страдания на своем поприще, чтобы талант открылся как следует, вообще должен питать не надежды, а семью, себя, может быть голубей на бульваре... Но через три месяца мне позвонили. - Это автор "Человека среднего радиуса"? - спросил женский голос. - Да. С кем имею честь го... Но дама в телефоне не собиралась рассусоливать разговор. Была кратка и деловита. - Уже нет. Роман переименован. "Колобок. Суверенная траектория". - Не понимаю! Я не давал никакого согласия редакции... В трубке меня опять перебили: - Извините. Ваше согласие сохранено в редакционной системе. - Я его не да.... Но в ответ мне уже неслись гудки... И через день после этого недоразговора мне позвонили о премии. Да-с! Мне никогда еще ничего не вручали государственного. Тем более за роман. Тем более денежки! Я взволновался. Оделся как можно более прилично и срочно отправился по адресу. ××× Комитет помещался в бывшем Доме кондитера. Когда-то здесь выпекали эклеры, затем проводили съезды драматургов, а теперь определяли духовные координаты страны. В вестибюле стоял бронзовый Колобок с суровым выражением лица. На постаменте было выбито: "ОТ ВСЕХ УШЁЛ, К СЕБЕ ПРИШЁЛ". Ниже мелкими буквами значилось: "При поддержке Фонда президентских полуфабрикатов". Меня встретила секретарь с глазами человека, которому давно открылась истина, но исключительно в формате Excel. - Скорее, - сказала она. - Жюри уже спорит, считать ли вас писателем. - А какие есть варианты? - Победитель конкурса, литературный оператор или биологический интерфейс. - Чей чей интерфейс? (Продолжение поста ниже)