ДЕТКИ-МАТЕРИ
ДЕТКИ-МАТЕРИ (Запретная исповедь. Возможно начало новой книги. "ЛИЧНЫЙ АПОКАЛИПСИС И ПОТОМ...") Маленькая седая женщина . Очень маленькая. Как десятилетняя девочка. С остриженной по-мальчишески головой. Полусидит на кресле-троне-горшке и отправляет естественные надобности. То, о чем она не разрешает говорить с ней никому, категорически отвергая все утки и катетеры, хотя с большим трудом удерживает спину на этом туалетном троне, стоящем впритык к ее кровати. За ее спиной маячит Смерть. Она уже давно тут ошивается. Все лечащие врачи сказали, что моя Мама должна была умереть десять лет назад: - Рак. Четвертая стадия. Там опухоль с дыню. О чем вы говорите... Десять лет назад Мама показала мне огромную фиолетовую опухоль уже торчащую наружу под мышкой. Я охнула: - Что же ты молчала? Она зыркнула на меня злыми синими глазами: - А чтобы это изменило? Теперь давайте! Режьте! Ей было тогда 70 лет. Она кокетничала с хирургом-онкологом. Она послала на хер химиотерапевта. Она приходила на облучение со своим мешком лекарств. Она доводила всех врачей и медсестер до белого каления. Но они ее все запоминали, любили и возились с ней отдельно. Хотя конечно за те большие, а иногда и очень большие деньги, которые я платила. Но это было все равно! Это было должное. Я была виновата во всем и все время. То, что она больна. То, что я здорова. То, что я плачу эти бабки, но это не та забота, которая ей нужна. Она злилась и жила все 10 лет на полную катушку. Десять лет она отобрала у Смерти, даже не поворачивая головы. Маленькая, красивая женщина. Она была красивой почти до самого конца. Она была злой до самого конца. Она была невероятно живой до самого конца. Когда нам сообщили, что ей осталась неделя, от силы - две, прилетел мой брат. Они редко виделись последние 20 лет. Другая страна. Другая жизнь. Мама его ждала. Мы все здесь были плохие. Мы были неразрывно связаны с врачами, клиниками, облучениями. Мы видели ее слабой. А это было недопустимо. Поэтому Лёшка был важен и нужен. В его глазах она все еще была Королевой. Королевы не какают в утку. Поэтому пришлось водрузить трон со стульчаком рядом с кроватью. И сиделка под недовольное ворчание помогала ей перевалиться с кровати на стул и решить вопрос. Вплоть до последнего часа. И вот пошел отсчет на дни и часы. Смерть переминалась с ноги на ногу и медленно двигалась к кровати. Матушка, любительница всяческих фантазий, до последнего кормила нас мистериями про то, какой он - этот Мистер Смерть: - Ох! Я его вижу! Такой красивый молодой мужчина. Темные волосы и глаза. Ты! Подвинься! (Это мне) Он хочет сесть! Или - Я слышала шепот и музыку. Мне сказали... Впрочем я не хочу при тебе (Это мне) За два дня до кончины, я решила, что Маме наверное важно попрощаться с ее младшим братом и позвонила дяде Вале, пригласила его подъехать в гости. Когда Валентин Николаевич вошел, Мать с ненавистью обратила ко мне взор: - Что?! Хоронишь меня? Родственников собрала прощаться! А я ещё поживу!... - и пробормотала какое-то ругательство в мой адрес. Взгляд был не просто раздраженный. Во взгляде была ненависть. Настоящая ненависть умирающего к живому. Мне стало противно и очень обидно. Я ушла. Но где-то внутри под огромной обидой шевельнулась нотка восхищения - какая жизненная сила в этой женщине! В день смерти приехала ее врач: - Может быть агония! Вы не знаете, что это такое! Давайте соберем еще медиков... (Продолжение поста ниже)
Канал в каталоге MAXimeter
15 227 подписчиков · IT и технологии