НЕУДОБНО?
НЕУДОБНО? — Только ты не заходи, — сказала моя подруга Аня. — Я пакет за дверь выставлю. Я стояла у её квартиры с переноской. Дома меняли трубы, и Аня согласилась приютить мою кошку Соню до вечера. Мы дружили пятнадцать лет, но последние полгода виделись исключительно в переписке. — Какой пакет? Я кошку привезла. За дверью что-то упало. — Господи. Точно. Я думала, курьер. Аня открыла и сразу загородила собой прихожую. На ней была растянутая футболка с мокрым пятном. Волосы собраны карандашом. Из комнаты доносился детский плач. — У меня тут ужас. Ты не смотри. Её дочке было четыре месяца. На всех фотографиях, которые Аня присылала, девочка лежала на белом пледе рядом с деревянной табличкой. Я каждый раз писала: «Какие вы красивые!» Теперь белый плед висел на сушилке. Под ним стоял таз. — Заходи уже. Только на кухню не надо. Я поставила переноску, открыла дверцу. Соня осторожно вышла, обнюхала мои ботинки и скрылась за сушилкой. Аня принесла дочку. Качала её, одновременно пытаясь ногой задвинуть под комод упаковку подгузников. — Я сейчас кофе сделаю. — Я сама. — Нет, там кружки не мытые. Она сказала это почти сердито. Я остановилась. — Ань, я не проверять пришла. — Да знаю я. Дочка снова заплакала. Аня прижала её к плечу и отвернулась к окну. Я должна была оставить кошку и ехать выбирать обои. Мы с мужем третью неделю спорили между двумя оттенками, которые я уже не различала. — Я могу остаться часа на два, — сказала я. — Если тебе это поможет. — Не надо. У тебя дела. — Обои. Они подождут. — Я даже поговорить нормально не могу. Всё время вот это. Она чуть качнула плечом. — А тебе сейчас обязательно меня развлекать? Аня молчала. Потом сказала совсем другим голосом: — Мне бы голову помыть. Я сняла пальто. Первые десять минут дочка возмущалась у меня на руках. Мы ходили по комнате, рассматривали торшер, слушали воду в ванной. Потом она затихла и вцепилась в мой палец. Аня вышла с полотенцем на голове. Посмотрела на нас так, словно не была уверена, что всё ещё можно уйти. — Посуши, — шепнула я. — Мы тут торшер изучаем. Соня тем временем нашла на диване стопку детских вещей и легла сверху. Аня машинально потянулась согнать её, но села рядом. — Это всё перестирывать теперь, — сказала она. — Верхнюю пелёнку я заберу. Верну чистую. Аня погладила кошку. Та упёрлась лбом ей в ладонь. — Я поэтому тебя и не звала. Всё ждала, когда порядок будет. Когда высплюсь. Пирог хотела испечь. — Полгода пирог ждала. А мне не сказала. Она засмеялась тихо, чтобы не разбудить дочку. К вечеру пришёл её муж. Забрал малышку, спросил, успела ли Аня поесть. Она ответила, что успела даже высушить волосы, и впервые за день выпрямилась на диване. Уже в прихожей, пока я уговаривала Соню зайти в переноску, Аня придержала моё пальто. — В среду придёшь? — Приду. — У меня, наверное, опять будет не убрано. Я взялась за рукав. Она не отпускала. — Ладно, — сказала Аня. — Всё равно приходи. 🫰🐱❤️