Фраза Эла Джолсона, которая оборвала эпоху немого кино 🎬
Фраза Эла Джолсона, которая оборвала эпоху немого кино 🎬 6 октября 1927 года в Нью-Йорке Warner Brothers показали «Певца джаза» Алана Кросланда — чёрно-белую музыкальную драму по пьесе Самсона Рафаэльсона о сыне кантора, который уходит из синагоги, чтобы петь джаз. Главную роль сыграл Эл Джолсон, он же исполнил шесть музыкальных номеров; партнёршей стала Мэй Макэвой. Технически это был компромисс. Звук записали не на саму плёнку, а на граммофонные диски по системе «Вайтафон» и крутили их синхронно с проектором — как пару танцоров: один сбился, и рассыпался весь номер. Поэтому звук долго считали рискованным аттракционом, а не будущим кино. Но зал услышал не шипение аппаратуры, а живой голос 🎤. Джолсон бросил со сцены: «Подождите, вы ещё ничего не слышали!» — и стало ясно, что происходит нечто новое. Хотя формально фильм оставался почти немым: между номерами и парой синхронизированных реплик лежали длинные куски пантомимы с титрами. Решил прокат. Картина принесла студии около 3,5 млн долларов 🪙, а на первой церемонии «Оскара» получила специальную награду — за создание первой звуковой картины, произведшей революцию в отрасли. Студии читают не рецензии, а кассу: стало видно, что публика платит за голос с экрана. Самое неожиданное — художественно «Певец джаза» был примитивен. Обычный немой фильм со вставными номерами, накатанными приёмами и совершенно «немым» воплощением ролей. Революцию сделал не изыск, а сам факт: человек на экране запел и заговорил своими губами и своим голосом. Дальше процесс стал необратимым: звуковые фильмы получили коммерческое превосходство в прокате, а немое производство пошло на спад. Индустрии пришлось заново учиться — говорить, а не только показывать, и подстраивать под микрофон то, что раньше держалось на титрах и мимике. Пара произнесённых вслух фраз оказалась весомее самой совершенной синхронизации. А вы бы купили билет на сеанс, который молчит почти два часа — ради пары реплик и песен? #технологии