К примеру, в первой же главе романа «Зверобой» Натаниэль Бампо и его спутник, Генрих Ма...
К примеру, в первой же главе романа «Зверобой» Натаниэль Бампо и его спутник, Генрих Марч (Непоседа), выйдя к живописному лесному озеру, вступают в теологический спор. Непоседа считает, что дикий лес — это зона абсолютной личной свободы и безнаказанности. По его мнению, человеческие законы, суды и Божьи заповеди действуют только в цивилизованных поселениях, городах и каменных церквях. В глуши же человек «предоставлен сам себе» и может делать всё, что позволяет его сила. Зверобой возражает: «...Ты говоришь, Непоседа, что в лесу человек предоставлен сам себе и волен делать всё, что вздумается его дикой натуре. Но ты заблуждаешься. Храм Господень — это не каменные стены городов, построенные руками грешников, где люди прячут свои пороки и молятся по расписанию". "Посмотри на эти вековые сосны, на это чистое зеркало воды. Разве это не истинная церковь, воздвигнутая самим Создателем? Здесь, под куполом неба, каждый лист и каждый луч солнца свидетельствуют о Его величии. В лесу ты всегда на виду у Бога, и Его суд здесь прямее и строже, чем в судейских креслах колоний". "Тот, кто думает, что в глуши можно безнаказанно проливать кровь или поддаваться алчности, просто слеп душой. Моравские братья учили меня по Писанию, но сама природа открыла мне главную истину: Бог вложил Свой закон в сердце каждого человека, и в этой глуши я слышу Его голос яснее, чем где бы то ни было...» От всего этого диалога в массовых советских изданиях чаще всего оставляли фразу: «Друзья вышли на берег Мерцающего Зеркала и стали искать спрятанное каноэ». Иногда добавляли пару нейтральных предложений о красоте леса. Ещё сильнее, чем христианский мистик и философ-пантеист Натаниэль Бампо от цензуры пострадала его слабоумная сестра Гетти Хаттер (Поникшая Лилия). Купер задумал ее, как абсолютно чистую, святую девушку, которая воспринимает Священное Писание буквально и чьи мысли и сердце полностью принадлежат Богу. Когда её отца Тома Хаттера и Непоседу берут в плен гуроны, Гетти, прихватив Библию, бесстрашно идёт одна в лагерь врагов, считая, что когда индейцы услышат слова Христа, то сразу раскаются и отпустят пленников. Она читает им Нагорную проповедь («любите врагов ваших», «подставь правую щеку»). Старейшина гуронов, выслушав её через переводчика, даёт ей глубокий и сокрушительный для христиан ответ. Он говорит, что белые люди сами не следуют тому, что говорит им эта книга: они пришли на индейские земли с ружьями, снимают скальпы, обманывают и убивают, но при этом требуют, чтобы индейцы жили по заповедям Христа. Из адаптированных советских изданий этот сложнейший теологический и этический спор исчез, как и многие другие подобные моменты. Гетти, которая была задумана, как образ "Божьего вестника", из чьих уст звучит голос Божественной истины и упрек жестокому миру, потерявшему Бога, превратилась в глуповатую и беспомощную девочку, которая бестолково путается под ногами у главных героев. Даже сцена ее трагической гибели, где она перед смертью прощает своих убийц и молится за них, была сокращена до лаконичной фразы: "Пуля попала в Гетти, и она скончалась". Бесследно исчез весь евангельский подтекст и библейский масштаб этой сцены. 3. Подобным же образом перевернули с ног на голову и "Робинзона Крузо", сделав из книги о глубоком религиозном покаянии "блудного сына" пособие по выживанию в дикой природе. Робинзон восстаёт не только против родителей, но и против Бога. Он одержим гордыней, алчностью и стремлением самому управлять своей судьбой. Из дома он сбегает тайно, без благословения и даже не попрощавшись с матерью и отцом. Его первые морские путешествия сопровождаются страшными штормами. Бог призывает его одуматься. В страхе Робинзон даёт обеты исправиться, но едва шторм стихает, снова отправляется в море. По-сути, свою человеческую волю он противопоставляет воле Божией.