уваком, которого наняли, чтобы спасти положение. Они летели в одном самолете и обсуждал... — 16 июля 2026 г. в 16:52:01.086
уваком, которого наняли, чтобы спасти положение. Они летели в одном самолете и обсуждали бизнес, а я закрывался в своем номере, врубал на полную мощность треки Тупака или Notorious B.I.G. и курил траву, чтобы заглушить нарастающую тревогу. Я чувствовал себя одиноким посреди этого праздника жизни. Огромные стадионы, крики фанатов, золото и платина на стенах — всё это казалось фальшивым. Я играл на износ. Мой стиль игры был настолько агрессивным, что мои суставы начали сдавать. После каждого шоу мои руки опускали в ведра со льдом, чтобы снять отек. Спина выла от боли. Именно тогда в моей жизни появились они. Обезболивающие. Сначала это был просто ибупрофен в огромных дозах. Потом кто-то из туровой команды предложил мне викодин. — На, чувак, это снимет боль в спине, и ты сможешь отбарабанить сет без проблем. Я принял одну таблетку. Боль ушла. А вместе с ней ушла и тревога. Мир вокруг стал мягким, теплым и не таким пугающим. Синдром самозванца отступил. Я подумал: «Ого, это работает». Я не понимал, что в этот самый момент я добровольно открыл дверь в персональный ад, из которого буду выбираться следующие десять лет. Take Off Your Pants and Jacket: Вершина мира на краю пропасти К 2001 году лейбл требовал новый альбом. Мы были дойной коровой для MCA Records, и они хотели еще больше хитов. Мы снова сели в студию с Джерри Финном. На этот раз атмосфера была гораздо более напряженной. Мы все были уставшими от бесконечных гастролей. Том хотел делать музыку более мрачной и экспериментальной, в стиле его любимых Box Car Racer (проект, который мы с ним тайно запустили позже). Марк требовал классического поп-панка, который сделал нас знаменитыми. Они начали спорить из-за структуры песен. Я сидел посередине, крутил палочки в пальцах и чувствовал, как между ними растет стена. Тем не менее, альбом Take Off Your Pants and Jacket получился мощным. First Date, The Rock Show, Stay Together for the Kids — эти треки взлетели на вершины чартов. Мы снова были первыми. Мы поехали в тур с Green Day — это был Pop Disaster Tour. Два гиганта жанра на одной сцене. Но за кулисами это был не поп-дизастер, это был личный дизастер Трэвиса Баркера. Я уже плотно сидел на викодине и ксанаксе. Мой день начинался с горсти таблеток, чтобы просто встать с кровати, и заканчивался травой и алкоголем, чтобы уснуть. Мой вес упал, под глазами залегли черные тени. На сцене я по-прежнему выдавал невероятные соло. Люди смотрели на меня и думали: «Этот чувак — бог барабанов». Они не знали, что этот «бог» перед выходом на сцену блевал в туалете от ломки и молился, чтобы его сердце не остановилось прямо во время исполнения Adam's Song. Взаимопонимание в Blink-182 окончательно испарилось. Мы больше не разговаривали друг с другом в автобусе. У каждого был свой личный менеджер, своя зона в гримерке. Мы превратились в корпорацию, в бизнес-машину, которая приносила миллионы, но высасывала из нас душу. Я помню один вечер в конце тура 2004 года. Мы стояли за кулисами какого-то европейского фестиваля. Грязь, дождь, тысячи фанатов ждут нас. Том посмотрел на Марка, Марк посмотрел на Тома. В их глазах не было ничего, кроме усталости и глухой ненависти. Я понял, что нашей сказке приходит конец. Скоро этот поезд сойдет с рельсов. И он сошел. Но перед тем, как Blink-182 объявили о своем первом «бессрочном отпуске», я успел сделать то, что навсегда изменило мое восприятие музыки — я ушел в хип-хоп и создал Transplants. Но об этом — в следующей главе.