– Не трогай фотографии, – сказала Людмила. — 27 июня 2026 г. в 05:54:32.290
– Не трогай фотографии, – сказала Людмила. – Да ты что, поверила в этот спектакль? – Я поверила маминому почерку. И её кольцу. И тому, что Семён два года ходил к этой женщине каждую пятницу. Виктор вскочил: – Делай что хочешь. Только меня в это не втягивай. У меня нет никакой сестры! Он ушёл, громко хлопнув дверью. Его жена задержалась на секунду: – Люда, ты не горячись, – тихо сказала она. – Но если это правда, может, ей тоже всю жизнь было несладко… Вечером Людмила снова пошла к Нине. Без Семёна. Хотела проверить, дойдёт ли сама. Заблудилась уже у булочной, разозлилась и вернулась. У двери её ждал Семён. – Ну что, проводник, – вздохнула она. – Веди. Нина открыла не сразу. Когда увидела Людмилу, растерялась: – Я думала, вы больше не придёте. – Я тоже так думала. Они пили чай почти молча. Потом Нина показала письма Тамары, старые открытки, фотографии последних лет. На одной мать Людмилы смеялась, держа Семёна на руках. Такой Людмила её давно не видела. – Она у вас смеялась, – сказала Людмила. – Иногда. А потом плакала. – Из-за нас? – Из-за себя… Виктор не появлялся две недели. Зато его жена однажды позвонила Людмиле и попросила адрес Нины. – Он злится, ночами не спит, – сказала она. – Вчера достал старые альбомы. Искал, на кого она похожа. Через месяц они встретились все вместе у Людмилы. Виктор пришёл мрачный, с тортом в пакете. – Это к чаю, – буркнул он и поставил коробку на стол. – Я ненадолго. Нина поднялась ему навстречу. – Здравствуйте, Виктор. Он посмотрел на неё, хотел сказать что-то колкое, но не сказал. Потому что у Нины были мамины глаза. Те самые серые, перед которыми они с Людмилой в детстве сразу признавались во всём. Семён важно прошёл между ними и сел посреди кухни. – Ну вот, – сказала Людмила. – Главный распорядитель явился. Нина вдруг рассмеялась. Потом засмеялась жена Виктора. Потом не выдержала Людмила. Виктор держался дольше всех, но потом тоже фыркнул. – Ладно, – сказал он. – Раз кот так решил, будем знакомиться. С тех пор по пятницам Семён больше не требовал, чтобы его выпускали одного. Он садился у двери и ждал, пока Людмила наденет на него шлейку. Иногда с ними ходил Виктор. Не каждую неделю, но ходил. Сначала молча. Потом начал приносить Нине яблоки с дачи. Потом починил ей кран и ворчал, что нормального сантехника сейчас не сыщешь. Дачу он, кстати, оставил за собой, но весной сам предложил Нине приезжать: – Дом большой, – сказал он, не глядя на неё. – Места хватит. Только грядки копать не заставляйте, я с этим завязал. Нина улыбнулась: – А я пироги умею. – Пироги можно. Людмила слушала их и думала, что мать всё-таки знала своих детей лучше, чем они сами себя. Если бы Тамара Степановна просто написала в завещании: «Найдите Нину», они бы спорили, проверяли, обижались и, может быть, так и не дошли до её двери. А кот дошёл. Старый рыжий Семён оказался самым важным наследством. Не потому, что умел творить чудеса. Просто он помнил дорогу, по которой их мать два года ходила просить прощения. И теперь каждую пятницу, когда Семён деловито шёл впереди, Людмила уже не сердилась. – Идём, командир, – говорила она. – Только не быстро. Мы за тобой не поспеваем… Автор ЕВГЕНИЯ ФРИДМАН