Как-то раз – дело уже было к концу рабочего дня – главный инженер, который почти никогд...
Как-то раз – дело уже было к концу рабочего дня – главный инженер, который почти никогда не заглядывал на задний двор, неожиданно явился туда с проверкой. С ним пришли два его зама и завскладом. В это время Даша, как обычно, навестила дедушку и теперь возилась с Азой. Аза, заигравшись, бросилась прямо под ноги главному инженеру. Тот шлёпнулся на асфальт, взмахнув руками, как ветряная мельница крыльями, и выдал такую тираду, что даже сопровождавшие его сотрудники невольно покраснели. — Это что ещё за псина тут?! — кричал он, вставая и отряхиваясь. Дедушка выбежал с проходной, схватил Азу за ошейник, начал извиняться: — Она не хотела, она не нарочно, — торопливо говорил он. — Заигралась маленько. А так она у нас смирная, ответственная. Одним словом, сторожевая. — Сторожевая?! — рявкнул главный инженер. — Так посадите её на цепь! Пусть на цепи сторожит. — Но как же так? — пытался возражать дедушка. — Зачем же на цепь? Как же она на цепи-то… Она ж должна… Вот давеча вора поймала, а на цепи разве ж… Но главный инженер даже слушать ничего не хотел, только прикрикнул: — Немедленно! Иначе завтра можете искать другую работу! Пришлось посадить Азу на цепь. С этого дня Аза сильно изменилась, стала вялой и грустной. Она как будто с обидой и осуждением смотрела на дедушку и на других людей и словно спрашивала: «За что вы так со мной?» Лишь когда приходила Даша, в её глазах загорался слабый огонёк надежды. Но быстро угасал, когда Аза понимала, что и Даша не освободит её от ужасной цепи. Аза ложилась возле будки и печально смотрела куда-то вдаль, не обращая внимания на попытки Даши растормошить её, и только время от времени вздыхала, совсем как человек. А в глазах стояли совсем человеческие слёзы. И от этого у Даши тоже начинало щипать в глазах... ***** Однажды Даше пришлось допоздна задержаться в колледже – нужно было обязательно закончить один проект. А дома выяснилось, что дедушка в очередной раз забыл ужин. Папа сказал, что сам отнесёт, но Даша возразила: — Нет, это моя обязанность! Мама нахмурилась: — Но уже так поздно. На улице темно. И потом завод, там… мало ли что. — Мама, ну что ты такое говоришь? Я маленькая, что ли? Во-первых, ещё совсем не темно, а во-вторых, будто я ни разу по темноте не ходила. Да и что такого может случиться? Там же, на заводе, охрана, там – дедушка. В итоге мама сдалась. Папа, правда, порывался пойти вместе с Дашей, но под её напором тоже отступил. — Только быстро, туда и обратно, — попросила мама. Когда Даша пришла на завод, уже совсем стемнело. Пройдя, как обычно, через центральную проходную, где её все знали, она миновала пустые цеха и вышла на освещённый несколькими тусклыми фонарями задний двор. Аза, увидев Дашу, встала, гремя цепью, посмотрела на неё с надеждой, а потом снова легла – будто поняла, что сегодня чуда тоже не случится. Даша погладила её, вздохнула и зашла на проходную. Дедушка по обыкновению начал ворчать, причём пуще прежнего, учитывая, который уже час. Ругал себя за забывчивость, но внучку всё же поблагодарил и поспешил отправить домой. Но едва Даша вышла из комнатки охраны, как свет на проходной внезапно погас... — Дедушка! — позвала она, пытаясь наощупь вернуться назад. — Что случилось? — Видать, авария какая-то. Яркий луч прорезал темноту, заставив Дашу зажмуриться, – это дедушка включил переносной фонарь. — Сейчас позвоним, узнаем, — сказал он и, наклонившись, снял трубку стоявшего на столе старого проводного телефона. — Хм, не работает. Слышь-ка, позвони со своего. Я сейчас тебе номер продиктую. Даша сунула руку в карман, потом в другой. Мобильника не было – она так спешила, что забыла его дома. — Я не взяла, — призналась Даша. — Вот ведь незадача! — проворчал дедушка. — Придётся пойти посмотреть. Надо сказать, что дедушка категорически не признавал сотовые телефоны, называя их злом, лишившим людей свободы – мол, нигде тебе покою не дадут, везде найдут. Так что своего мобильника у него вообще не было. Дедушка положил на место трубку бесполезного те