Дивиногорск: почему мы не можем пройти мимо!!!
Дивиногорск: почему мы не можем пройти мимо!!! Вчера ко мне приезжал Илья. И разговор вышел не про музей. Ко мне приезжал Илья Анатольевич Суворин. Сам приехал — а воспитанники детского дома были с нами на связи, по онлайн-видеосвязи: для них провели экскурсию по музею. Показали трофеи, экипировку, то, что мы сделали своими руками и собрали по крупицам. Ребята смотрели, задавали вопросы — иногда неудобные, иногда очень взрослые. И знаете, что я видел на экране? Не «трудных подростков», не строчку из отчёта, не проблему, которую надо решить. Я видел обычных ребят, которым интересно. Которые хотят трогать, узнавать, понимать — и которым для этого не хватает совсем немного: чтобы кто-то рядом был на связи. И именно там, в этом разговоре, они рассказали всё, о чём пойдёт речь ниже. Эти дети когда-то были беспризорниками. Сейчас многие из них — отличники и хорошисты. Я общался с девочкой, которая идёт на красный диплом. Вот и весь разговор про «педагогически запущенных» и про «сложных детей». Никаких «сложных» нет. Есть дети, которым один раз в жизни не повезло с обстоятельствами — и которым кто-то вовремя протянул руку. Дали режим, дисциплину, внимание, веру в них. И всё. Дальше они всё сделали сами. Это не исключение и не чудо. Это норма, когда рядом есть взрослый, который не бросил. И вот эту норму сейчас в Дивиногорске собираются закрыть!!! Мы обсудили с Ильёй ряд вопросов, связанных с закрытием их детского дома в городе Дивиногорск. И в момент обсуждения мне пришло видео — от нашего воспитанника этого детского дома. Он сейчас находится в зоне проведения специальной военной операции. Он просит помочь и просит остановить закрытие этого детского дома. Дом открывали в 2002 году — по распоряжению, по указу нашего президента. И сейчас его закрывают. Это не чьи-то пересказы и не слухи из коридора — это то, что ребята показали и сказали сами, выйдя с нами на связь: - О конфликтах интересов между руководителями организаций — почему так произошло и почему это всё закрывают. - Показали видеозаписи нарушения их прав и халатного отношения к ним со стороны уже краевой системы — не местного детского дома, а краевого филиала. - Рассказали о фактах сокрытия происшествий и подделки документов. Спектр проблем там большой — гораздо шире, чем одна бумага о закрытии. И мы не можем пройти мимо обращения нашего брата с войны, который просит включиться нас, ветеранское сообщество, тех, кто уже вернулся. Просит за себя, за своих, за ту семью, которая у него там осталась. Теперь про справедливость — и почему для нас это не абстракция... Хочу объяснить, почему мы вообще берёмся за такие истории. Это не про «попиариться на проблеме» и не про желание кого-то задеть. Это про справедливость. И для нас это слово имеет конкретный, а не плакатный смысл. Справедливость — это когда за равное усилие следует равная оценка. Девочка, которая идёт на красный диплом, должна получать то же, что ребёнок из благополучной семьи в любой другой школе. Не «по остаточному принципу», не «в порядке исключения», а по праву. Потому что она это заработала. Справедливость — это когда у ребёнка не отнимают то, что он сумел собрать. У этих детей отняли многое ещё до того, как они научились говорить: родителей, дом, ощущение, что ты кому-то нужен. Детский дом, в котором они прижились, — единственное, что у них есть. И когда у человека сначала забирают прошлое, а потом пытаются забрать и настоящее, это уже не «реорганизация». Это несправедливость, оформленная приказом. Справедливость — это когда решение объясняется, а не спускается. Дети имеют право знать, почему закрывают их дом. Воспитатели, опекуны, родственники — имеют право на внятный ответ. А не на формулировку «так решили» и конфликт интересов между руководителями, о котором нам рассказали сами ребята. Если решение честное — его нечего скрывать. Если его прячут, значит, прячут не решение, а причину.