Мусорный пентхаус и кладбище для бетона.
Мусорный пентхаус и кладбище для бетона. По поводу деятельности мусорного оператора в западной части Вологодской области рассуждает заместитель руководителя Общероссийского экологического фронта Мария Звягина: куда «Чистый след» вывозит снос Череповца? Масштабный снос ветхого жилья в Череповце подарил городу десятки тысяч кубометров строительного мусора. И один региональный оператор, который должен знать о его судьбе всё ООО «Чистый след». Редакция направила регоператору предельно конкретный запрос с требованием раскрыть карты: где договоры с мэрией, куда везут токсичный лом и как проводятся экологические замеры. В ответ «Чистый след» исполнил виртуозный бюрократический танец. Вместо документов и дат мы получили изящную лекцию о том, что кирпич это не твердые коммунальные отходы (ТКО), и деликатное направление в Министерство энергетики. Кажется, компания искренне верит, что если проблему переопределить в названии, она исчезнет в реальности. Но самое интересное кроется в приложении к их лицензии № (35)-7024-СТО. Акт первый: Офисный пентхаус. Место временного накопления и транспортирования отходов IV–V классов опасности Череповец, Октябрьский проспект, д. 75А, офис 2. Это не промзона. Это адрес самого юридического лица «Чистого следа». Второй этаж административного здания в густонаселенном жилом квартале. В ста метрах школа № 48 и детский сад № 125. Грохота самосвалов во дворе не слышно, пыли на подоконниках нет. И это самая интригующая деталь. Если по документам здесь складируются тысячи кубометров бетона и арматуры, а по факту гуляют мамы с колясками, то где мусор? Неужели в кабинете директора вместо фикусов стоят бункеры с асбестом? Или «Чистый след» совершил прорыв в физике, научившись телепортировать строительный мусор на второй этаж мимо секретаря? Напомним, п. 6 ст. 12 ФЗ № 89 прямо запрещает хранение отходов в жилых зонах, а СанПиН требует 100-метровую санитарно-защитную зону. Видимо, законы физики и Российской Федерации действуют на территории «Чистого следа» только по вторникам. Акт второй: Сортировка у погоста. Площадка по адресу ул. Городского питомника, д. 5Б. По лицензии объект обработки отходов. По факту 6021 квадратный метр голой земли в частном секторе, в двух шагах от кладбища № 1. Здесь нет капитальных ангаров, бетонных площадок, систем пылеподавления и ливневки. Есть только открытая почва. Пункт 5.7 СанПиН 2.1.3684-21 требует твердого водонепроницаемого покрытия, но, видимо, «Чистый след» использует в качестве фильтра грунт, а в качестве крыши искреннюю веру в лучшее. Особенно умиляет технологический процесс. Мы уже представляем эту картину: суровый мужик в спецовке на фоне покосившихся заборов частного сектора, вооруженный кувалдой и сеткой-рабицей, сквозь которую он ситообразно процеживает обломки панельных домов. Вероятно, это и есть та самая «инновационная технология обработки 1900 видов строительных отходов», о которой постеснялись написать в официальном ответе. Где протоколы замеров воздуха, чтобы жители соседних домов могли спать спокойно, зная, что их дети дышат не цементной пылью, а исключительно ароматом сирени? Иллюзия чистоты. Мусор из Череповца куда-то уезжает. Город не превратился в одну сплошную свалку. Но официальные адреса «Чистого следа» жилой офис и заросший пустырь абсолютно не стыкуются с десятками тысяч кубометров реальных отходов. Так куда он девается на самом деле? Если бетон не телепортируется в офис № 2 и не процеживается через рабицу на грядках у кладбища, значит, он оседает на каких-то других, теневых полигонах, которых нет в лицензии. Если вместо внятных ответов компания продолжит отвечать цитатами из учебника по праву, эти документы со всеми нестыковками координат отправятся в Прокуратуру, Росприроднадзор и Следственный комитет. Пусть они объяснят регоператору, что снос зданий в Череповце - это не теоретическая задача из учебника, а вполне осязаемые тонны кирпича, которые не помещаются в офисный шкаф.