Мне сорок пять. — 20 июня 2026 г. в 15:29:10.180
Мне сорок пять. У меня двое детей, и они год просят кошку. Каждое утро: «Мама, ну пожалуйста». А я не могу. У меня аллергия. Глаза чешутся, нос течёт, стоит только зайти в гости к подруге с мурлыкой. Но на днях психолог спросил странное: «А когда это началось? При каких обстоятельствах?» И я вдруг провалилась в детство. Мне восемь. Лето у бабушки в деревне. Я нашла котёнка у сарая — крошечного, серого, с голубыми глазами. Назвала Дымком. Носила в подоле, поила молоком из пипетки, укладывала спать в коробку. Играла в дочки-матери. Он был моим. Самым родным. Утром просыпаюсь — коробка пустая. Я бегала по двору, заглядывала под крыльцо, звала до хрипоты. Бабушка смотрела молча, поджав губы. А потом сказала спокойно: «Не ищи. Я его утопила». Речка. Мешок. Утопила. — Он бы цыплят таскал. Лишний рот. От них только грязь и зараза. Я не закричала. Не заплакала. Просто онемела. Внутри что-то схлопнулось. Мой Дымок. Мой ребёнок. А я не уберегла. Аллергия появилась через месяц. Врачи разводили руками. А я теперь знаю: это не на шерсть реакция. Это тело запомнило ужас. Запах сена, бабушкин голос, пустую коробку. Когда мои дети просят котёнка, я слышу не «мяу». Я слышу «не уберегла». И горло перехватывает. Не от аллергенов — от вины. Вины восьмилетней девочки, которая не смогла защитить. Вчера я села рядом с сыном и впервые рассказала про Дымка. Он слушал, притих. Потом взял за руку: «Мам, ты была ребёнком. Ты не виновата». Я заплакала. Впервые за тридцать семь лет. Но я наконец разрешила себе горевать. Это не аллергия меня душит. Это непрожитая боль. И ей нужен не антигистамин. Ей нужны мои слёзы. На следующей неделе в выходные поедем с детьми выбирать котенка. ❇️❇️❇️⠀ Запись на приём на сайте www.psyho-somatika.com или в личных сообщениях лично (г. Краснодар) и онлайн эффективность одинаковая Дмитрий Плотников