И в этот момент папа остановился, посидел в молчании и говорит: «Я хочу, чтобы ты позна...
И в этот момент папа остановился, посидел в молчании и говорит: «Я хочу, чтобы ты познакомила меня с этим человеком. Потому что если он будет лучшим отцом, чем я, я хотел бы, чтобы и он был моим отцом». Оказалось, это был священник, который действительно стал и другом, и отцом для него. Вот эта нужда в милосердии, открытие такого отцовства, такого прощения, такого взгляда на ребёнка. Мы — это то, в чём нуждаемся. Это та любовь Божья, которая есть в этом мире. Блаженный Августин сказал: этой любовью мы можем из наших врагов сделать братьев. Потому что по-настоящему все наши враги — это наши братья. Почему? Потому что Христос умер и за меня, и за него, и за врага моего. Если мы не научимся открывать в своей жизни, что Бог милосерден к благим и к плохим, что Он умирает за любого человека. Когда я веду себя плохо — Бог меня любит. Когда прихожу в храм хороший, вычитал молитвы, смертных грехов не делал — Бог меня любит. И когда я веду себя ужасно, по-скотски, — Бог меня любит не меньше. И хочу закончить вот о чём. Когда Христос висел на кресте и просил Отца простить людей, которые Его распинают, потому что не знают, что творят, — одно из последних Его слов было: «Жажду». Эта жажда Христа — не только жажда питья. Это жажда в сердце каждого из нас. Господь на кресте жаждал каждого человека. Этой бесконечной, неумолимой тоской о каждом из нас. О каждом, кто говорит Богу: «Я Тебя не люблю». О каждом, кто поднимает руку на брата. О каждом, кто проявляет насилие в семье, в работе, в любых поступках. Господь говорил: «Я жажду». Жажду конкретно сердца каждого из нас. Чтобы каждый смог открыть, что Бог — это любовь. Аминь.»