куртке поверх шерстяного свитера. – Слишком сильно ты его ударил. — 6 мая 2026 г. в 07:39:23.966
куртке поверх шерстяного свитера. – Слишком сильно ты его ударил. Над столом, да и над всей гостиной прокатился испуганный вопль. На ладони боевика лежала заколка с ярким изумрудом тут же перекочевавшая в карманы Левандовского. - А ну ЗАТКНУЛИСЬ! – прорычал эсер. – Хрен с ним с артистом! Всё равно бездарность! ИГРАЕМ! Астроном, не проявляя видимого беспокойства раскурил папиросу выдохнув облачко густого табачного дыма в воздух. Сделал он это так грациозно, так вкусно, что Скрипкин тоже захотел закурить хотя никогда этого и не делал. Карты были розданы, и игра в покер началась. Все сидевшие за столом пугливо ссутулили плечи и вжали головы в плечи. Наверное, все кроме Строкина и Кубасова. - Татьяна Степановна, можно мне пепельницу? – вежливо обратился к хозяйке Астроном и та немедленно протянула ему хрустальную тарелочку для пепла. Странно, но это, казалось бы, простое действие, заставило Левандовского занервничать. Сначала эсер бросал косые взгляды на пальцы мужчины, стряхивающие пепел с папиросы в пепельницу, словно чего-то серьёзно опасался, а затем покраснел, и обменявшись взглядом с Телегиным потянулся рукой к Маузеру. Патлатый же вооружённый наганом с другой стороны взвёл курок. Как ни крути, а мужчина оказался между двух огней. Или как говорят между молотом и наковальней. - Скоро наше время настанет! Слышишь?! - зачем-то вслух сказал Астроному эсер. Тот же услышав эту фразу улыбнулся одними глазами (они, кстати, были у него ярко-зелёного цвета) и… в лицо Левандовского полетела пепельница, а выкидной нож появившийся непонятно откуда в руках мужчины вонзился в левую руку патлатого Телегина удерживающего наган в руке. Взвизгнув как девчонка, тот выронил оружие, которое ловко подхватил Астроном. БАХ! – хлопок выстрела в клочья порвал тишину гостиной и пуля выпущенная из нагана изумительного незнакомца снесла половину лица Телегина. Головорезы Левандовского не могли прицельно стрелять в противника так как боялись попасть в своего главаря и бьющегося в судорогах на столе патлатого. Только сейчас Сева догадался почему Астроном выбрал именно это место. БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! – оттолкнувшись ногами от стола Астроном упал вместе с креслом на пол и перекувырнувшись через плечо скрылся в углу гостиной. Всего четыре нажатия на спусковой крючок и Вергилий с простреленной головой падет на пол, а Левандовский с недоумением смотрит на пулевые отверстия в груди безнадёжно пытаясь заткнуть их ладонями. Лидочка Климовская тряся головкой с золотистыми волосами-пружинками орала так, что хотелось закрыть уши руками, Питюнин умудрился залезть под кресло и только его жирный зад торчал наружу, кто-то из сидевших за столом молился, Гломов с отрешённостью смотрел на лужу под своим креслом. Пятеро боевиков сбившись в кучу бросились за метким стрелком. И тут произошло удивительное откуда не возьмись появились товарищи Астронома. Просто они всё время были тут, но не обращали на себя внимание. Их было двое. Первый по виду обычный рабочий в добротном коричневом полупальто, выглаженных брюках и тяжёлых ботинках начищенных чёрной ваксой, а второй - очкастый студент с широким лбом в кепке с лаковым козырьком. На пару они открыли огонь разрядив револьверы в спины людям смертельно раненого Левандовского. Закончилось всё так же быстро как началось. Результат перестрелки - шесть мёртвых тел и сидящий на полу эсер. Уже ничего не соображая Левандовский пытался встать на ноги размазывая огромную лужу крови под собой. В конце концов поскользнувшись, он рухнул на спину. Сева с открытым ртом наблюдавший за происходящим (видит бог испугаться по-настоящему он даже не успел) только сейчас понял, что так и не воспользовался советом Лисицина упасть на пол. Впрочем, издатель тоже не успел это сделать. Побелевшими пальцами он вцепился в подлокотники кресла в котором сидел. - А насчёт твоего времени, Гриша так ты ошибся, - остановился над захлёбывающимся собственной кровью Левандовским Астроном. – Тебе же предлагали навсегда уехать в Европу. Зря ты нас не послуш