— Доктор, а что с ним такое, скажите? Он никогда так не заходился в плаче, а тут вдруг…... — 10 июня 2026 г. в 11:40:35.338
— Доктор, а что с ним такое, скажите? Он никогда так не заходился в плаче, а тут вдруг… — уже сама готовая разреветься, прошептала Женя, с мольбой глядя на врача. — А что с тобой, милая? Мужчину родила, а не девчоночку, — усмехнулась Наталья. — Тут совсем другое дело! Парень, да ещё лобастенький — он характер сразу показывает. Папа, поди, тоже мамку свою в детстве мучал, голосил на всю округу? А, папаша? Она что-то говорила, шутила, мягко посмеивалась, но при этом её руки работали быстро и профессионально: она ловко осматривала малыша, крутила его и так, и сяк, осторожно расправляла прижатые к животу ножки, разводила в стороны сведённые судорогой ручки. — Колики, — вынесла свой вердикт Наталья, закончив осмотр. — Обычное дело. Я сейчас напишу, что и как принимать. Ой, да перестаньте вы так трястись, мамаша! Это всё поправимо, не навсегда. Мальчик у вас хороший, крепкий, здоровый. Сами-то как себя чувствуете? Ой, господи, да дайте вы ему пустышку, в конце концов! Бедный ребёнок надрывается! — Мы категорически против всяких пустышек! — Борис сделал шаг вперёд, чувствуя, что должен защитить свой авторитет. — Это совершенно ни к чему, только баловство. — Против? — переспросила Наталья с таким видом, будто речь шла о погоде. — Евгения… Ах, да, Семёновна, точно… Так, давайте-ка вы отдайте младенца отцу и ступайте на кухню, приготовьте чай. И заверните покрепче — так для него будет надёжнее и спокойнее. Женя сначала отрицательно замотала головой, но потом, осознав, что вымотана до предела и уже ни на что не способна, осторожно переложила Андрюшеньку в руки мужа. — Вот и славненько. А теперь пойдёмте, дорогая вы моя, попьём чайку, — сказала Наталья Викторовна, беря Женю под локоток. — Ой, — хохотнула она, — да чаю, чаю, а не чего покрепче! Ой, ну как дети малые, ей-богу, вечно с этими мамашами! И, увлекши сопротивляющуюся Женю за собой, она повела её прочь из комнаты. А Борис, оставшись один, бережно прижал к себе сына, подошёл к окну и принялся тихонько уговаривать его успокоиться, что-то шепча на ухо… На кухне было темновато, прохладно и пахло молотым кофе. — Так-с… Чайник есть, сахар, конечно, тоже наверняка найдётся. Заварим покрепче, на стол накроем. И закусить бы чего-нибудь не помешало… — Наталья Викторовна с видом заправской хозяйки осмотрела скромное убранство. Женя молча выставила на стол две чашки. Она никак не ожидала, что фельдшеры из неотложки, да ещё детской, бывают такими… Она не сразу подобрала слово. — Какими это «такими»? — уточнила Наталья, внимательно посмотрев на девушку. Молодая мать вздрогнула, осознав, что начала размышлять вслух, а это, наверное, первый признак того, что нервы на пределе. — Ну… Не ругают меня ни за что, не читают нотации, как надо жить и растить ребёнка. А просто… По-человечески, что ли, — пожала плечами Женя, чувствуя неловкость от своей откровенности. — Наверное, здорово быть детским врачом. Знать все болезни, уметь их лечить, ничего не бояться. Наталья тоже пожала плечами, усмехнувшись своим мыслям. Ох, если бы эта наивная Женя знала, какой она, Наталья, была матерью поначалу, даже несмотря на своё медицинское образование… — А чему вас учить-то? — перебила она её размышления. — Книжки сейчас все, слава богу, читать умеют. Если в книжке чего непонятно — интернет всегда в помощь. Проблемы-то у всех молодых родителей одинаковые. А я вижу, что вы мать ответственная. И термометр в ванночке плавает, и халатик на вас чистенький, и ребёночек ухоженный. Давайте пейте чай, пока время есть! Пейте, вам говорят! — она подвинула к хозяйке невесть откуда взявшуюся чашку с дымящимся чаем. — Просто вы испугались, просто ваш Андрей показал свой характер, свой голос, бывает. Но если надо, я могу и прикрикнуть для порядка, чтобы всё было, как вы себе представляете? — с лёгкой улыбкой спросила Наталья.