Екатерина тоже напряжённо прислушалась, отняв руки от лица. — 16 августа 2026 г. в 09:29:18.265
Екатерина тоже напряжённо прислушалась, отняв руки от лица. — Так вот, дело было так, — начал Григорий и, сделав паузу, продолжил: — Мой батя, пока живой был, любил выпить. А как напьётся — буянить начинал. Мамка моя фармацевтом работала и подсыпала отцу в рюмку порошок, чтобы того в сон клонило. Улавливаете? Так что ты, Дима, в тот день на поминках вырубился не просто так. Я тебе в рюмашку того порошку насыпал, который у мамки стащил. Просто подшутить хотел сначала — раздражала меня твоя вечная правильность. Хотелось, чтобы ты вырубился на глазах у всех. Потом вечером мы вас с Ленкой в такси посадили, Толик раньше вышел, а тебя так срубило, что мы с Ленкой еле-еле тебя в квартиру затащили. У меня с собой полбутылки беленькой было. Я Ленке предложил за успешную доставку друга выпить. Выпили мы не по рюмке, а всю бутылку. Ленка любительница весёлой жизни была. Ей я тоже порошок в одну из порций подсыпал, так что она уснула на кухне. А потом я её к тебе подложил и уехал. — Ты мог их убить! — воскликнула Екатерина, и голос её сорвался на шёпот от ужаса. — Ты же мог отправить их на тот свет! История, рассказанная Григорием, казалась ей настолько неправдоподобной, будто муж выдумал её на ходу. Лишь когда Григорий с глухим стуком рухнул в дверной проём, уложенный на пол точным ударом Дмитрия, Екатерина осознала, что всё происходит наяву. Едва переварив услышанное, она поняла, что её жизнь и любовь были сознательно разрушены человеком, с которым она прожила почти двадцать лет. В глазах у неё потемнело, и она, чтобы не упасть, схватилась рукой за стену. — Катька, как ты? Что с тобой? — донёсся до неё голос Дмитрия. — Всё хорошо, — выдавила она. — Сейчас пройдёт. Голова закружилась. Она посмотрела на него пронзительным взглядом, и в глазах её застыли слёзы. Она попыталась что-то сказать, но потеряла сознание. Очнулась Екатерина почти сразу — Дмитрий как раз пытался вызвать скорую. — Стой, — остановила его женщина, с трудом приподнимаясь. — Не нужно врачей. Со мной всё в порядке, честно. Просто нервы сдали. — А где?.. — растерянно произнесла она, оглядываясь на пустую прихожую. — Тебя интересует, где твой муж? — спросил Дмитрий, помогая ей сесть прямо. — Сбежал. Катя, не двигайся, я всё-таки вызову скорую. — Нет, не надо, — покачала она головой. — Ты лучше скажи мне: как всё это могло произойти с нами? Почему ты не рассказал мне тогда, что было на поминках у Миши? — Кать, — вздохнул Дмитрий, и в голосе его послышалась давняя боль. — Я ведь ничего не помнил. И сейчас не помню. А врать и выкручиваться не хотел, не будучи уверенным в себе. Вдруг бы оказалось, что я на самом деле изменил тебе? До сегодняшнего дня мне так и казалось. — Господи, как всё глупо, — прошептала Екатерина, потёрла ладонями лицо и вдруг почувствовала, как с души сваливается камень. Чтобы отвлечь её от невесёлых мыслей, Дмитрий шутливо спросил: — Так что ты хотела мне передать сегодня? Ты ведь и сам знаешь, что именно, правда? Расскажешь мне, зачем я запрятал коробку с украшениями в стене? Екатерина поднялась и села на полу напротив него, привалившись спиной к холодной стене. Дмитрий, глядя ей в глаза, задорно улыбнулся — впервые за этот долгий и мучительный вечер. — Чтобы ты её однажды нашла, — сказал он просто. — Когда ты подала на развод, мой дядька ещё ничего о нашей ссоре не знал. Я не решался рассказать ему, потому что сам считал себя виноватым в том, что случилось, и знал: дядя Ваня меня прибьёт. Он запросто мог это сделать, клянусь. Он относился к тебе как к собственной дочери — такой, которой у него никогда не было. В общем, однажды он вручил мне эту шкатулку и велел передать тебе. Сказал, там семейные украшения, которые его бабка сумела спрятать в подполье, когда пришли раскулачивать. Екатерина слушала, затаив дыхание, и в груди у неё медленно разгорался тёплый свет надежды.