Так получилось, что после выселения их дорожки разошлись. У Дмитрия появилась девушка, ...
Так получилось, что после выселения их дорожки разошлись. У Дмитрия появилась девушка, поэтому не могло быть речи о совместном проживании с Егором. Морозов, в свою очередь, тоже обзавёлся новыми друзьями. Общительного парня хорошо приняли в коллективе, а когда у него возникли трудности с жильём, коллеги быстро разрешили эту проблему. Встречи друзей стали редкими и грустными. Они пересекались в каком-нибудь укромном местечке, чтобы утолить тоску печали воспоминаниями о весёлом студенчестве, но личных тем не касались. После того как Соколов перешёл на работу в технопарк, компанию, в которую мечтал попасть каждый выпускник технического вуза, но не всем это удавалось, общение друзей перешло в формат телефонных звонков. Однажды во время очередного сеанса связи Егор сообщил, что вынужден вернуться в родной город. Дмитрий из вежливости поинтересовался, какая причина заставила товарища принять такое решение. Морозов ответил неохотно: — Мама тяжело заболела, а я самый старший в семье. Две младшие сестры ещё в школе учатся. Кроме меня больше некому им помочь. Отец на второй группе инвалидности получает совсем маленькую пенсию, а теперь мама заболела. Дмитрию хотелось сказать что-то утешительное, но он не смог подобрать подходящие слова, а потому поспешил распрощаться с другом: — Егор, извини, у меня по второй линии звонок. Я тебе на днях обязательно перезвоню, но ты главное не унывай. Если станет совсем туго, сигнализируй. О своём обещании перезвонить Соколов почти сразу забыл. У него в мозгу застряла мысль, что Егору не повезло родиться в многодетной семье. Теперь ему придётся напрягаться, чтобы вытянуть младших сестёр. Другое дело он, Дмитрий Соколов, единственный сын у родителей. Раз или два у него в душе зарождались порывы оказать Егору посильную помощь. Но, немного поразмыслив, он всегда находил уважительную причину, чтобы отложить это благородное дело на потом. Со временем благие намерения растворились в ежедневной суматохе. Лишь пару лет назад, уже после смерти отца, в голове промелькнула мысль: «Дмитрий, позвони Егору. Неужели тебе не интересно, как живёт твой друг?» Соколову было стыдно, что по его инициативе прервалась связь с приятелем. Много раз он представлял, как будет просить у Егора прощения, приводить в своё оправдание разные причины, но до звонка дело так и не доходило. Лишь однажды что-то перевернулось внутри, и он приказал сам себе: «Позвони Егору». Дмитрий долго смотрел на мобильник, решаясь набрать номер, который помнил наизусть. Но когда решился, ему приятный женский голос ответил, что абонента с таким номером не существует. Дмитрий посчитал это знаком свыше. «Значит, нам больше не суждено встретиться». Конечно, можно было расширить поиски институтского товарища, но зачем? Разве только для того, чтобы снова с грустью вспомнить дела давно минувших дней. Когда руководство его отправляло в Михайловск, он подумать не мог, что встретит там старого друга. Морозов, не меньше Дмитрия, был поражён встречей, хотя не показывал своего удивления. Это он предложил: — Дмитрий, тут рядышком весьма приличное заведение, где можно перекусить и заодно спокойно пообщаться. Дмитрий согласился: — Пойдём поговорим. Мне как раз не помешает для поднятия духа чашечка крепкого кофе. Друзья не ожидали, что хозяин заведения расщедрится и будет угощать их вином многолетней выдержки. Артём сам разливал напиток и произносил длинные тосты со смыслом. Соколов чётко помнит, в какой момент он отключился, но, судя по рассказу Егора, это случилось приблизительно в середине застолья.