— Да, это я, — сложила руки на груди Галина. — Правда, карьера моя осталась в прошлом, ...
— Да, это я, — сложила руки на груди Галина. — Правда, карьера моя осталась в прошлом, как видите. Что поделать, все мы невечные. — Ничего себе, да вы же легенда. Три золотые медали, две серебряные, а потом ушли на пике карьеры. — Не ушла, пришлось, — вздохнула Галина. — Травма колена, потом посвятила себя тренерской деятельности. Это удел многих спортсменов. Тренировала девчонок в ледовом дворце. Увы, смерть мужа, а потом и инсульт поставили на этом крест. Теперь вот из дома-то редко выхожу. — Обалдеть. Я никогда вживую не видела настоящую знаменитость. — Ой, знаменитость — одно название, — засмеялась Галина. — А вы, Ирочка, если не секрет, как вас сюда занесло? — Долгая история, — вздохнула Ира. — Ну, время у нас в запасе, так что успеете ещё поделиться своей историей. Пока же покажу вам дом. Галина Ивановна, ловко, будто выполняя очередной пируэт, развернулась и пригласила Ирину за собой. Она вела девушку по комнатам, демонстрируя ей будущие владения. — Здесь моя спальня, рядом библиотека. В ней я обычно провожу час-другой за чтением. Правда, глаза в последнее время подводят. — Я с радостью вам почитаю, — предложила Ира. — Не сомневаюсь, — кивнула хозяйка. — А вот тут гостиная. На этом пианино играл мой муж, когда выпивал стаканчик-другой. Серёжа в детстве тоже играл, да забросил, а я не умею. Вот тут кухня и кладовая, ванная. Это бывшая комната сына. Когда он остаётся у меня, то ночует на своей старой кровати. А здесь… Ирина, — женщина распахнула высокую белую дверь. — Ваша комната. Пока что кровать только одна, но для маленькой Сони я закажу кушетку. Только сами выберите, какую, а то я не разбираюсь. Поставим у окна, по утрам так птицы хорошо поют. Эта комната выходит во двор, так что шума никакого нет. Шкаф большой, разберётесь. Места вам точно хватит. Ира с интересом осматривала комнату. Здесь был простой ремонт, но выглядело всё очень уютно. На стене висел пейзаж в светлых тонах, пара фотографий в рамках, на высоком окне лёгкие кремовые шторы, на полу красивый персидский ковёр. — Очень красиво, — улыбнулась она. — Обычно здесь останавливались гости, но сейчас я одна, — вздохнула Галина. — Чужих людей в доме просто не переношу. Устала от всего этого. Все норовят напомнить мне, какой я была, и указать, какой стала. — Ужас. Вы так не делаете. — И не думала. — Много у вас вещей? — Мы с Сонюшей живём в арендованной квартире. Мебели своей, техники нет, только личные вещи. Думаю, что в этот шкаф всё легко поместится. — Вот и славно. Если что, в кладовке есть место. Когда сможете приступить к работе? — пристально посмотрела на девушку Галина. — Хоть сейчас, — улыбнулась та. — Правда, Соня меня ждёт. — Вы не торопитесь. Сегодня я и сама справлюсь. Приходите завтра с утра. Девочка в садик ходит? — Нет, — покраснела Ира. — Значит, подыщем ей занятие здесь, — хлопнула в ладоши Галина. — Кстати, вот та самая кукла. Она взяла с комода фарфоровую куклу великолепной работы, одетую в нежно-голубое платье.