-Это правда?-не выдержала Оля.
-Это правда?-не выдержала Оля. -О чём ты, Оленька? Оля, ты хотела там какой то телефон купить, а знаешь, я подумала, давай купим. -Какой телефон? Сдался мне твой телефон! Моя бабушка в каком-то интернате?! -Не в каком-то, а в интернате для слепых. Слепая она, ослепла за два года до твоего рождения. Ты родилась, с маленькими тяжело, да ещё она слепая, такой обузой всё это легло на мои плечи. И не надо на меня так смотреть, ты мне не судья. -Я тебе судья!-кричала Оля,- Бабушка и я для тебя обуза? А что ты ещё меня никуда не сдала? Всё что угодно я могла от тебя ожидать, но сдать свою мать в интернат и забыть о ней!...Ты лишила свою мать дома. О любви я уже ничего не говорю. Ты лишила меня бабушки, о которой я всю жизнь мечтала. Мама, что ты творишь? -Это ты не знаешь, как жить со слепыми, добренькая выискалась. За нею как за малым детем смотреть надо. -Молчи, молчи, не добивайся того, чтобы я тебя возненавидела,-возмущалась Оля,- Собирайся и немедленно отвези меня к моей бабуле. Ирина заплакала. -А что ты плачешь, мама? Тебе себя жалко? Ирину и Олю дежурная по этажу встретила не очень приветливо. Она повела мать и дочь в комнату, где находилась Нина Ивановна, бабушка Оли. Все в это время были на прогулке, только одна Нина Ивановна сегодня осталась в комнате. Сегодня ей нездоровилось. Она сидела на кровати и смотрела под ноги невидящим взглядом. Худоба пожилой женщины, коротко остриженные волосы, опущенные плечи, спущенные чулки- во всём её виде читалась обречённость и безысходность. -Это моя бабуля?-тихо спросила Оля дежурную. -Да,- коротко ответила дежурная. Чувствовалось, что люди, которые пришли к Нине Ивановне были ей неприятны,- Столько лет вас не было. Что же вы? И не дождавшись ответа, дежурная ушла на своё рабочее место. -Мама,- тихо, чтобы не напугать Нину Ивановну, позвала Ирина. Нина Ивановна вздрогнула. Беспокойство, нервозность, радость, недоверие, все эти эмоции одновременно, читались в её худенькой фигурке, в её движениях, в лице, в невидящих глазах. -Кто тут? Кто? Кто тут?- шептала она. -Мама, это я- Ира и вот тут твоя внучка Оля. -Ирочка, Ирочка, доченька,-Нина Ивановна протянула руки в сторону, откуда слышала голос дочери,-Ирочка, ну где же ты? Ирина кинулась к матери, они обнялись. -Ой, что-то мне плохо, доченька. Сердце заходится от радости. Там лекарство в тумбочке накапай мне тридцать капель. Оля подала бабушке лекарство, и наконец обняла свою бабулю. Бабушка приняла лекарство и внучка почувствовала её слабое пожатие руки. -Родные мои, мои родные, я так рада, что вы здесь. Думала, что никогда не услышу ваши голоса, никогда не прикоснусь к родным лицам. Господь услышал мои молитвы, смилостивился надо мною, мои родные,- слёзы текли по морщинистым щекам. -Прости, мама, прости, что ты не дома, а здесь. -Да что ты Ирочка, нечто я не понимаю, как со мною тяжело жить. Всё правильно, тут моё место. Только приходите ко мне, хоть изредка, чтобы мне услышать ваши голоса, чтобы потрогать ваши лица и порадоваться, что у вас всё хорошо. -Нет, бабуля, твоё место дома, поедем домой, я скучаю по тебе. -Что ты, Оленька, я беспомощна. Мало, что не вижу, теперь ещё стара и немощна. Нет и нет. Не хочу вам жизнь портить. -Бабушка, мне плохо без тебя, но теперь, когда я знаю, что ты здесь, я не смогу спокойно жить. Мы без тебя не уйдём. -Мама, мы за тобой. Мама, прости и поедем домой. -Я поеду, поеду,- глотая слёзы, соглашалась Нина Ивановна. И ещё раз, для верности, боясь, что Ира и Оля передумают её забирать, она повторила: -Я поеду, поеду с вами, мои родные. Ей не верилось, что последние годы жизни она проживёт не в казённом доме, а со своей дочерью и внучкой. Не пришлось Олиной бабушке встречать внучку из школы, гулять с нею. Это Оля теперь выводит свою бабулю на прогулки, ухаживает за нею, печёт ей блинчики и оладушки, а бабушка обнимает свою внучку, целует её, а Оле только и нужно было бабушкино тепло и ласка, а всё остальное, она и сама может сделать, лишь бы бабуля была рядом и подольше пожила. Автор: Майдоровская Вера