Глава 25.
Глава 25. Женька сидела на крылечке рядом с Барсиком, и так же, как и кот, жмурилась на тёплое августовское солнышко. За домом, в саду, слышался смех отца и дяди Вадима, и густой бас дедушки – мужчины перекрывали крышу бани. Бабушка и Ляля лепили в кухне пельмени, Лапка нетерпеливо заглядывала в дом через открытую дверь в ожидании косточки, а хитрый Барсик уже получил кусочек фарша и теперь с кошачьей ухмылочкой поглядывал на собаку. Оказавшись дома, Женька поняла, что больше она никуда не поедет. Ну, если только в город к Ляле погостить. Она слышала, как отец говорил дедушке сразу после приезда, что пойдет на завод, узнать, как там обстоят дела с работой, и в душе девочки теплилась надежда, что отец останется дома и не поедет обратно в Волгоград. И не будет в её жизни больше никакой тёти Нины… - Женька, привет! – закричала из-за калитки Маша, - Я приехала, пошли гулять! Маша с родителями ездила на утреннем автобусе в город, чтобы купить форму и другие принадлежности к школе, и Женька с нетерпением ждала подругу. - Бабушка, я на речку пошла с Машей! – крикнула Женька внутрь дома - Хорошо, только на старый мост не ходите, того и гляди обвалится, - ответила бабушка, - А в два часа домой, обедать! Маша и Женька уже неслись по тропке вниз с пригорка к блестящей вдалеке ниточке реки. Там у них было заветное местечко – старая, разросшаяся корнями ива простирала свои толстые ветви над самой водой, и вот там, в уютном шатре листьев, похожих на крылышки стрекозы, и любили сидеть подружки. - Ох, у меня ноги гудят от этого города, - пожаловалась Маша, снимая свои старенькие сандалии и опуская ноги в прохладную воду реки, - Мы столько ходили с мамой! О, я не представляю вообще, как люди в городах живут – шум, гам, автобусы гудят и всё бегом, бегом! Вот, я тебе значок купила в подарок, держи! Маша болтала в воде босыми ногами, на щеках её играли задорные ямочки. Женька взяла из рук подруги значок – листочек с божьей коровкой. - Ох, Маш, какая красота, спасибо! А в городе жить… есть тоже свои плюсы – в кино можно ходить, и киоски с мороженым, и автоматы с газировкой. А еще, магазины книжные! Ты знаешь, мы с папой в Волгограде были в книжном – он трёхэтажный! Там чего только нет…. - Это ты там наклейки покупала, которые мне привезла? Эх, я бы хотела такой магазин посмотреть. Папа сказал, что мы на осенние каникулы поедем в Москву, вот там, наверное, есть такие магазины, вот и посмотрю. Жень… а что, ты с отцом поедешь или здесь останешься? Маша смотрела на подругу немного испуганно, ей было страшно услышать, что Женька уедет насовсем в этот далёкий Волгоград… - Нет, не поеду. Здесь буду учиться, я уже и папе, и бабушке сказала. Форму уже купили позавчера, а сегодня еще Ляля привезла мне такие красивые банты, на астры похожи, я тебе дам один! - А папа твой что, уедет? – Маша чуть раскраснелась от радости, что лучшая её подруга останется с нею. - Ехать то ему точно надо – он же там на работе числится. Я прошу у него потом, ходил он на завод и что там сказали. Сразу хотела спросить, как услышала, что он с дедом разговаривает, но подумала – папа в отпуск приехал, пусть от всего отдыхает. А там видно будет. Вечером, когда все домашние, расслабленные после бани, сидели за столом и пили чай, разговаривая о своих «взрослых» делах, Женька негромко спросила отца: - Пап, а ты на завод к нам ходил? Я слышала, ты дедушке говорил… - Ничего от тебя, лиса, не скроешь, - усмехнулся Сергей, - Ходил, Женька. К Захару Борисовичу ходил, разговаривал, и в свой цех заглядывал… Женька пыталась по глазам отца понять, что же сказали ему на заводе, что ждёт их впереди. Глаза отца были тёплыми, живыми и весёлыми, такими, как бывали до смерти Женькиной матери. И она уже давно не видела их такими. - И что же Ледовский тебе сказал? – спросила Ляля, услышавшая их разговор, - Можно ведь и в городе работу найти, не обязательно только завод. - Ледовский сказал – приходи в любое время, возьмем, - ответил Сергей и обнял взвизгнувшую от радости Женьку, - Сейчас вот поеду, уволюс