СЕРИЯ 6
СЕРИЯ 6 Андрей приехал без десяти десять. Выглядел так, будто тоже не спал. Людмила попросила Варю сходить с Полиной в магазин, Кирилл обещал заехать позже, поэтому в квартире они остались вдвоём. Муж сел на кухне напротив. — Я не буду просить тебя сначала понять. Я просто расскажу. Семнадцать с лишним лет назад их брак действительно почти закончился. Кириллу тогда было шесть. Людмила работала много, Андрей получил предложение на несколько месяцев уехать руководить проектом в соседний регион. Она была категорически против: сын только пошёл в школу, дома шёл ремонт, отношения и без того были плохими. Ссора дошла до того, что Андрей собрал вещи. — Ты сказал тогда, что хочешь пожить отдельно и понять, нужен ли тебе вообще этот брак, — напомнила Людмила. — Да. В филиале он познакомился с Катей. Она работала экономистом. Несколько недель просто общались, потом начались отношения. — Мы с тобой тогда не жили вместе почти пять месяцев. Я не оправдываюсь. Просто хочу, чтобы ты знала: после нашего примирения я к ней не возвращался. Людмила слушала молча. Когда проект закончился, Андрей приехал домой. Они долго разговаривали и решили попробовать снова. Через два месяца Катя позвонила. Она была беременна. — Почему ты не сказал мне сразу? Андрей опустил глаза. — Испугался. — Очень исчерпывающее объяснение. — Катя сама просила не говорить. Сказала, что рожать будет в любом случае, со мной жить не хочет и к тебе приходить не собирается. Сначала вообще хотела записать отца со своих слов. Я настоял, что признаю ребёнка. — Какая ответственность. Всем сестрам по серьгам. Он поморщился. — Я понимаю, как это выглядит. — Нет, Андрей. Ты пока понимаешь только, что тебя поймали. Семнадцать лет ты не просто переводил деньги. Ты видел Полину. Знал, куда она поступает, чем болеет, показывал фотографии наших детей. И каждый вечер возвращался сюда. — Да. Людмила ожидала оправданий. Он не оправдывался. — Сначала я говорил себе, что молчу ради нашей семьи. Потом прошёл год, два, пять. Чем дальше, тем страшнее было признаться. Когда родилась Варя, я несколько раз собирался сказать. Потом смотрел на вас и трусил. Это не благородство. Просто трусость. Она почувствовала, что от этой честности не легче. — А Катя? — После рождения Полины между нами ничего не было. Ни разу. Я помогал деньгами и видел дочь несколько раз в год. Последние годы чаще созванивались. Людмила встала и подошла к окну. — Знаешь, что самое страшное? Я могла пережить историю с Катей. Мы действительно тогда разошлись. Возможно, я бы кричала, плакала, но пережила бы. А вот семнадцать лет ежедневной лжи — не знаю. Андрей долго молчал. — Я понимаю. — Нет. Пока не понимаешь. Она повернулась. — Мне нужно время. Не два дня. Не неделя. И не приезжай каждый вечер с разговорами. Ты обязан заниматься Полиной, потому что она потеряла мать. Но это не означает, что ты возвращаешься домой. Андрей кивнул. Перед уходом спросил: — Можно я сегодня заберу девочек куда-нибудь поесть? Обеих. Если Варя согласится. Людмила не успела ответить. Из коридора донёсся голос дочери: — Я не поеду. Варя стояла у двери. И по её лицу Андрей понял, что жена — не единственный человек, чьё доверие ему придётся возвращать.