— Брось, — махнул рукой Янес. — Невыполнимая это затея. Вон матушка тоже искала, а тепе... — 5 апреля 2026 г. в 23:35:05.497
— Брось, — махнул рукой Янес. — Невыполнимая это затея. Вон матушка тоже искала, а теперь видишь, что стало? И мы тут все, похоже, вместе с ней пропадём. Не бросишь же. — А что с матерью твоей случилось? Янес вздохнул и кивнул на лежащую без сознания Избушку: — Верея её зовут. Шла через лес, искала этот цветок. Вдруг гроза, молния, огромное дерево рухнуло прямо перед ней. Она с перепугу — бежать. Добежала до этой поляны и... с тех пор сиднем сидит. Ни шагу вперёд. Молонья искала её по лесам, нашла, да так и перетащила нас всех сюда. Одной-то не справиться. — А зачем она в Кощеево царство забрела? Заболела? — Ну да. Хотела ключи от Библиотеки Леса найти, да вот нашла... — Янес горько усмехнулся. — Теперь мы тут с ней. — Но объяснила она хоть, почему дальше не пошла? Ну, упало дерево и упало — её же не задело. — Говорит: а вдруг ещё раз упадёт? Спалит меня дотла — и поминай как звали. Вот и стоит, чтоб ничего не случилось. — Так она себя сама заживо тут спалила, — задумчиво произнёс Путник. — Если б пошла дальше — может, и нашла бы цветок. Шанс всё же был. А так — точно, как мёртвая. — Ты говори, да не заговаривайся! — вспыхнул Янес. — Чего это она мёртвая? Живая вон, сейчас Яга придёт, снадобья даст — очухается. — А вам не жалко, что из-за её страха вы всю родню в этом лесу схоронили? Никуда не ходите, ничего не делаете, тайну Леса так и не узнали. Разве вам не интересно, что там, за лесом? — Так мы же никчёмные все, — с вызовом ответил Янес, но отвёл глаза в сторону, голос стал громче, будто он сам себя убеждал. — Сам слышал, что мать говорит: ничего не умеем, ничего не стоим. У нас всё равно бы не получилось. — Так ведь это она про себя говорит! — воскликнул Путник. — Это она на себя гневается, что не может страх свой победить! А вы просто под руку попадаетесь! — Ну ты тут сильно не умничай, — нахмурился Янес, но в его тоне уже не было прежней уверенности. — Нам и тут хорошо, если что. А сам-то ты свой страх победил? Как мать заорала на тебя — так ты и замер. Что ж ты не пошёл дальше? Она ж не набрасывалась, не догоняла, просто кричала — а ты прилип к месту. Путнику стало стыдно. Янес был прав. Он вздумал учить других, а сам даже не заметил, как его Избушка оцепенела от страха перед этим криком. — Вот получается... и я не совладал, — тихо сказал Путник. — Не найти мне цветка... Он попрощался с Янесом и побрёл прочь. Однако поляну всё же перешёл — теперь его Избушка стояла по другую сторону, у самого леса. Хотел было сразу приняться за размышления, но вспомнил наказ Богатырей: пока Избушка движется, надо быть с ней, внимать её шагам, а думать — вечером, на привале. Он постановил себе: размышления — только на закате. И уже когда солнце коснулось верхушек деревьев, и Путник с Избушкой остановились на ночлег, он вдруг оглянулся на поляну, оставшуюся позади. В том месте, где рухнула Верея, что-то тускло блеснуло — будто крошечный огонёк. Путник вгляделся — блеск исчез. «Не время», — шепнула внутренняя ясность. — «Ты ещё не готов». Путник вздохнул, но в груди затеплилась надежда. Он понял главное: страх — не приговор. Его можно осознать. А значит — можно и преодолеть. Как — он ещё не знал, но верил: утро вечера мудренее. Мудрость главы: Страх — это не стена, а сторож. Он кричит не для того, чтобы остановить, а для того, чтобы предупредить. Но если слушаться его безоглядно — можно простоять всю жизнь на одной поляне, так и не узнав, что там, за лесом.