СЕРИЯ 8. «ОНА НЕ ВЫДЕРЖИТ»
СЕРИЯ 8. «ОНА НЕ ВЫДЕРЖИТ» Елена услышала эту фразу от Саши и будто снова оказалась на своей кухне полгода назад. Конец месяца, работа до ночи, сломавшаяся стиральная машина, спор с бывшим мужем из-за денег на лагерь. Она тогда стояла над раковиной и сказала детям: «Я сегодня больше ничего не выдержу, поэтому, пожалуйста, просто проживите вечер без катастроф». Сказала и забыла. Артём запомнил. Потом были другие фразы: «Не сейчас, у меня голова лопнет», «Решите сами, вы уже большие», «Саша, помоги брату, я на созвоне». Ни одна не означала «скрывайте от меня всё серьёзное». Но детям не нужен был письменный приказ. Они сами сделали вывод. Саша начала забирать Артёма после школы, разговаривать с учителями, проверять, чтобы он принимал назначенные психологом препараты только по схеме. Однажды даже соврала Сергею, их отцу, что у Артёма всё нормально, потому что боялась: отец поднимет шум и Елене придётся снова со всеми разбираться. В тот вечер Елена позвонила бывшему мужу и попросила приехать. Сергей появился через час. Он давно жил отдельно, с другой женщиной, но детей любил и видел регулярно. Услышав всю историю, сначала рассердился. — Почему мне никто не сказал? Саша фыркнула: — Потому что вы с мамой потом неделю спорили бы, кто виноват и кто должен идти в школу. Сергей открыл рот и закрыл. Елена даже не стала защищаться. Они сели вчетвером на кухне, и впервые взрослые не требовали от детей объяснений, а слушали. Артём рассказал, как начинается приступ, почему ему страшно, когда кто-то снимает его на телефон, и как после первого случая в школе он больше боялся не одноклассников, а материнского лица. Ему казалось, что Елена услышит про очередную проблему и окончательно сломается. — Тём, — сказала она, — я могу устать, заплакать, разозлиться, отменить встречу, взять выходной. Это всё не называется «сломаться». Твоя проблема не становится опаснее потому, что мне придётся что-то менять. Сын смотрел на неё недоверчиво. Тогда Елена добавила: — И Саша не ваша запасная мама. Она сестра. Ей пятнадцать, а не тридцать пять. Саша опустила голову. Сергей почесал подбородок. — И я, похоже, тоже хорошо устроился. Деньги перевёл, на выходные забрал — и решил, что всё остальное как-нибудь происходит само. Елена посмотрела на него. Раньше такая фраза сразу привела бы к старому спору о разводе и обязанностях. Сейчас сил на старые войны не было. — Значит, будем менять не прошлое, а то, что есть сейчас. Они договорились о конкретных вещах. Сергей берёт на себя два школьных дня в неделю и все встречи с психологом Артёма в ближайший месяц. Саша больше не разговаривает с учителями от имени матери. Если у Артёма приступ, он звонит взрослому, а не сестре как единственному спасателю. Казалось бы, это были простые договорённости. Но ночью Саша пришла к матери в спальню. — Мам, а ты на меня очень злишься? Елена отложила телефон. — За то, что ты соврала школе, — да. За то, что защищала брата, — нет. За то, что ты решила пожертвовать собой, потому что считаешь себя крепче всех, — очень. Саша села на край кровати. — Я правда думала, что справлюсь. Елена обняла дочь и почувствовала, как та впервые за всю эту историю позволяет себе плакать. — Ты и не должна была справляться одна. И в этот момент Елена поняла, что главная тайна уже раскрыта. Только последствия лжи Саши ещё никуда не исчезли. Школа всё равно должна была решить, что делать с её признанием и настоящими обстоятельствами падения Майи.