В ПОКОЙНИКА ИГРАТЬ
В ПОКОЙНИКА ИГРАТЬ Игра "в покойника", представлявшая собой шуточную имитацию похорон, была широко распространена в традиционной культуре Ульяновского Присурья. Варианты игры, которые удалось зафиксировать, уже полностью лишились связи с ритуалом и превратились в забаву, которая практиковалась как во время календарных (см. Наряженными ходить, Шута хоронить, Масленица, Провожать масленицу, Святки, Весну провожать), так и семейных праздников (см. Второй день, Ярку искать). Она также устраивалась и в свободное время в будни (см. Играть в кельях). Некоторые детские игры представляли собой имитацию похорон с последующим воскрешением покойника (см. Костромушка, Клетки городить). "Покойником" могли служить чучело (сноп), телега, донце прялки, но чаще живой человек. "Сноп, из саломы сделают, иза ржанова снапа и клали. В грабу лижали. Ну, уж вот я и ни скажу вам кагда, ну клали. Нет, на святки нет. Сделают из снапа из саломы и клали вот". "Эта дивчонки, работа дивчонак-та была, ани сделают “пакойника” и начнут как будта плакать, туда-сюда, тут ух! Лижит чилавек, и всё. Прайдут па улицы маненька, пашутют, пасмиюцца, встанут и апять смияцца. Мол, вот помир и… Летам. Шутили. Нет, ни пугали никаво, азаравали. Пасмиялись толька да всё. Маладёжь". Обычно так развлекались во время перерыва в работе, когда уходили в поля на весь день полоть, косить или жать. Ситуация, когда собиралось много хорошо знакомых между собой людей, сама провоцировала устройство разнообразных забав и развлечений (см. еще Подшкунивать, Шутить). <...> "А, во-во, каранили вроди. Пайдут на работу бабы-ти, ну и мы, падростки, хадили с ними палоть-та. Ани там шутют, нарядюцца, дескать, умират мол вот. Проста так пасмиюцца и всё". Инициаторами этой игры часто выступали женщины или девушки, которые имели репутацию "чудаков" и которые были зачинщиками и других подобных игровых акций. Часто при этом разыгрывали сценки, имитирующие и пародирующие настоящие похороны с убиранием и оплакиванием покойного, его отпеванием, которое проводилось "попом" и т.п. "Да, была у нас Наталья Нуждова. Шутила, шутют видь, шутют, да. Играли вроди, играли, да, шутют. Вот хто эдак ежели ляжит, как ровна мёртвый, как ровна умярла, да. Ана [=Наталья] начнёт “абряжать”, всё… Видь трава-та всяка бывала, в поли-ти цвитёт вся кустиками вот. Абложут, бывала, лицо ей, всё. Ана эдак плакать начнёт, причытать начнёт. Как начнёт: “Мамынька милинька”, да. Каторы сидят, глидят, смиюцца, а каторы атдахнуть — бякнуцца да валяюцца, атдахнуть ахота. Уставали вить, уставали. Пасмиюцца и всё. Патом “пакойник” встанит и жать жи будит. Играли, играли. Эта толька замужнии, ни дивчонки, нет. Дивчонки толька паглядывают". И.С. Слепцова, М.П. Чередникова. Традиционная культура Ульяновского Присурья. Этнодиалектный словарь