Наиболее популярным в последнее время оказалось предположение, что ранее выражение job ...
Наиболее популярным в последнее время оказалось предположение, что ранее выражение job tvoju mat' было оскорбительным и вместо предполагаемого «я» агент действия выражался словом «пёс» (саnis). Об этом говорит Б.А. Успенский, приводя множество примеров, которые все же мало что доказывают (Успенский Б.А., 1996, с. 109-126). В.Ю. Михайлин справедливо полагает, что не в псе дело, а просто мат - это мужской обсценный код (Михайлин В.Ю., 2000, с. 348). Мы же полагаем, что это уже вторичное формирование анализируемого выражения. Скорее всего, первичным было выражение с «я». Оно совершенно не было оскорбительным, хотя и обозначало именно совокупление. Однако означало оно не секс, не надругательство как таковое, а определяло лишь власть, точнее обладание властью в не своем роду. То же выражение, но с «псом» — позднейшее, оно имело уже вполне определенную цель; оскорбить весь чужой род, отсюда выражения «сукины дети», «сукин сын», польск. psia krew. (Видимо, первичным термином и, естественно, не оскорбительным был волчица, а не сука. Это отражено и в легенде о капитолийской волчице, взрастившей Ромула и Рема) Кстати, Собакевич у Н.В. Гоголя в «Мертвых душах» - тоже «сукин сын». Если разложить фамилию Собакевич по семантическим элементам, то выясняется, что таковыми являются суть: собака («сука») + евич («сын, потомок») = «сукин сын». Это уже эпоха патриархата, оскорбление, таким образом, наносилось не столько женщине, сколько мужчине, рогатому главе рода, видимо, поэтому отсутствует широкое употребление выражения «сукина дочь». Сравните весьма показательное замечание М.И. Цветаевой: «Незаконными должны быть только мальчики, вернее - незаконные должны быть только мальчики, «незаконная дочь» - даже не звучит!» (Цветаева М.И., 1997, с. 287). Нельзя не согласиться при такой постановке вопроса с, казалось бы, парадоксальным мнением того же Р. Брандта, что «матерная брань коренится не в презрении к матерям, а в уважении: при первоначальном, сознательном, ея употреблении, несомненно имелось в виду, что человек сильнее, чем личную обиду, почувствует обиду, нанесенную его матери» (Брандт Р , 1915, с. 356). Понятно, что при таком значении глагол *jebati/jebti постепенно стал переходить в разряд ругательных и потому в дальнейшем неуклонно начал табуироваться, особенно в восточнославянских языках. Г.Ф. Ковалев. РУССКИЙ МАТ — СЛЕДСТВИЕ УНИЧТОЖЕНИЯ ТАБУ