Я чиню курьерам велики и зарабатываю 100 тысяч в месяц с точки
Я чиню курьерам велики и зарабатываю 100 тысяч в месяц с точки Помните времена золотой лихорадки, когда все искали золото, а кто-то продавал лопаты? У нас сейчас идёт электролихорадка, и я, кажется, нашёл лопаты. У меня прокат электровелосипедов в Питере, я сдаю их курьерам, в парке около четырёхсот великов, и ломаются они каждый день. Сдавать велики в аренду сейчас пытаются все, а чинить их почти некому. Так что мы открыли свои мастерские, сейчас их три. Точка в Мурино, первая за пределами центра, вышла в плюс с первого же месяца, причём летом, в несезон, и мы сидели и думали, почему не сделали этого раньше. Ремонтник накручивал нам 500% Полтора года нашу технику чинила сторонняя мастерская, мы сидели с ними в одном помещении и давали им 90% всех заказов. По логике опта цена от такого объёма должна падать, а у нас она росла, потому что ребята понимали, что своих мастеров у нас нет и мы никуда не денемся. Ушли мы от них, когда знакомый из Новосибирска прислал парня, который чинил велики. С этого одного мастера мы и начали свою мастерскую. А когда сами вышли на поставщиков, я впервые увидел, сколько запчасти стоят на самом деле. Камера для колеса у поставщика стоит 100 рублей, а нам её продавали за 500, и так было по каждой позиции. В опте наценка 10%, в рознице 30%, а на нас зарабатывали 500%. Нож в спину. Точка стоит 600 тысяч и выходит в плюс с первого месяца Открыть мастерскую под ключ стоит 500–600 тысяч. В эти деньги входят аренда за первый и последний месяц, юрлицо, касса, камеры, вывеска, стартовый набор запчастей, сварочный аппарат, компрессор и наборы инструментов. Открываемся за две недели, потому что у нас на Ozon лежит готовая корзина «Открытие сервиса», нажимаешь, и всё приезжает. Вот как выглядел первый месяц точки в Мурино. Это выручка только со сторонних клиентов, свой парк мы сюда не считаем: Выручка 380 000 ₽ Зарплаты мастеров 140 000 ₽ Запчасти 80 000 ₽ Аренда 50 000 ₽ Реклама 10 000 ₽ Прибыль 100 000 ₽ Сто тысяч это верхняя планка, с налогами и мелкими расходами реально остаётся 50–60 тысяч. Многие спросят, как при 80 тысячах на запчасти получается 380 тысяч выручки. Половина клиентов приезжает со своими деталями, им нужно только поставить. А ещё много работ вообще без запчастей: выправить раму, подпаять проводку, прокачать тормоза. Заходим в район и роняем цены вдвое Рядом с каждой нашей точкой есть мастерские, и я их не боюсь. В основном это одиночки, которые сами научились и сами чинят без сотрудников. Для такого мастера ремонт единственный хлеб, больше своего рабочего дня он не сделает, а денег хочется больше, поэтому он поднимает цену. У нас основной доход аренда, а ремонт приятная добавка, и мы можем считать иначе. Курьер не самый платёжеспособный человек, в год он тратит на ремонт 13–30 тысяч. Ты здесь не в мишленовском ресторане, ты на рынке столовых, где много клиентов с маленьким чеком. Поэтому мы заходим в район и роняем цены в два раза. На днях приехал курьер с неработающими тормозами, через дорогу ему насчитали «вот это, вот это, вот это, с вас 8 000». У нас поменять колодки и прокачать стоит 600 рублей. Соседи жалуются, а мне без разницы. Без своего парка такая мастерская не выживет Сто тысяч в первый месяц это результат компании, которую в городе знают и у которой есть свой парк. Зарплаты мастерам, 140 тысяч, идут независимо от загрузки, а мы загружаем мастеров своими великами с первого дня. Цены вдвое мы режем только потому, что ремонт для нас добавка к аренде, а для мастерской, которая живёт одним ремонтом, такой демпинг самоубийство. С мая курьерский рынок просел, аренда велика упала с 12 до 8 тысяч в месяц, и новые велики в этом году мы не докупали. Но что бы ни случилось с арендой, чинить технику кому-то надо будет всё равно. Так мы не держим все яйца в одной корзине. Читать целиком на нашем сайте За интервью спасибо Дмитрию Литвинову, владельцу проката электровелосипедов в Санкт-Петербурге ELBI24. Дмитрий ведет ТГ-канал Ипешники.