Я живу на первом этаже, и мой кот первым почувствовал это. Обычно спокойный, он вдруг в...
Я живу на первом этаже, и мой кот первым почувствовал это. Обычно спокойный, он вдруг выгнул спину, зашипел и забился под диван. Я выглянул в окно. На пустой ночной улице, под желтым светом фонаря, шла женщина. В длинном пальто, с капюшоном, низко надвинутым на лицо. Вроде бы ничего странного, если бы не походка. Она не переставляла ноги. Она перебирала ими. Я присмотрелся и похолодел. Из-под подола пальто, вместо человеческих ступней, выглядывали темные, блестящие копыта. Они были неестественно длинными и заканчивались острыми концами. Она шла медленно, но этот звук... Он врезался в тишину, как гвоздь в крышку гроба. Цок. Цок. Цок. Звук был сухим и резким, отдавался эхом от стен домов. Словно кто-то стучал костяными молотками по асфальту. Я хотел отойти, но замер. Она вдруг остановилась прямо напротив моего окна. Медленно, очень медленно, она повернула голову в мою сторону. Из-под капюшона не было видно глаз — только черная пустота. Но я чувствовал, что она смотрит прямо на меня, сквозь стекло, сквозь занавеску, прямо в душу. Она улыбнулась. Слишком широко. Цок. Цок. Цок. Она пошла дальше, но теперь её шаги были быстрее. И ритм изменился. Теперь он звучал как: Цок-цок. Цок-цок. Цок-цок. Словно она спешила. Словно она шла за кем-то. Я не спал всю ночь. А на утро сосед из квартиры напротив не вышел на работу. Говорят, он пропал. А вчера вечером я снова услышал этот звук. На этот раз он раздавался в моем подъезде. Цок. Цок. Цок. И он приближается.