31 августа
31 августа ОТРИЦАНИЕ Я выздоравливаю уже много лет. Я снова и снова прибегаю к отрицанию. Оно стало защитой, средством выживания, способом преодоления трудностей, а подчас чуть ли не моей погибелью. Отрицание – и друг, и враг. В детстве я прибегала к отрицанию, чтобы защитить себя и свою семью. Я защищала себя от того, что мне было тяжело осознавать и чувствовать. Отрицание помогло мне пройти через многие травмирующие ситуации, когда у меня не было других ресурсов для выживания. Отрицание привело к тому, что я потеряла связь с собой и своими чувствами. Я могла находиться в неблагоприятных ситуациях, даже не осознавая, что мне больно. Я могла терпеть сильную боль и жестокое обращение, не имея ни малейшего представления, что это ненормально. Я научилась плохо обращаться с собой. Отрицание защищало меня от боли, но также оно мешало мне воспринимать собственные чувства, потребности и саму себя. Оно окутывало и обволакивало меня, словно густой пеленой. В конце концов я начала выздоравливать. У меня появлялись проблески осознания боли, чувств и поведения. Я начала видеть себя и мир такими, какими мы были на самом деле. В моем прошлом было столько отрицания, что, если бы с меня резко сорвали пелену отрицания, я бы умерла от потрясения и ощущения незащищенности. Мне нужно было принимать озарения, воспоминания, осознание и исцеление постепенно и бережно. Жизнь участвовала в этом процессе вместе со мной. Она бережный учитель. В процессе выздоровления возникали ситуации и встречались люди, которые помогали мне увидеть то, что я все еще отрицала, и понять, где нужно больше исцеления от прошлого, поскольку я могла справиться с этим пониманием. Я все еще прибегаю к отрицанию и прорываюсь через него, когда необходимо. Когда дует ветер перемен, нарушая привычный уклад и подготавливая меня к чему-то новому, на некоторое время я укрываюсь пеленой отрицания. Порой, когда у близких возникают проблемы, я на мгновение укрываюсь пеленой отрицания. Всплывают воспоминания о том, что я отрицала, воспоминания, которые нужно сохранить, прочувствовать и принять, чтобы продолжать исцеление и становиться сильной и здоровой. Иногда мне становится стыдно за то, что мне нужно столько времени, чтобы принять реальность. Мне неловко, когда туман отрицания снова меня окутывает. Затем что-то происходит, и я вижу, что двигаюсь дальше. То, что я пережила, было необходимо и сопричастно, было вовсе не ошибкой, а важной частью исцеления. Путешествие под названием «выздоровление» – это захватывающий процесс, но я понимаю, что иногда могу использовать отрицание, чтобы помочь себе пройти через трудности. Я также осознаю, что отрицание является как другом, так и врагом. Я внимательно слежу за сигналами опасности: туманное ощущение замешательства, отсутствие сил, навязчивые состояния, спешка, чрезмерные усилия, отказ от механизмов поддержки. Я прониклась здоровым уважением к потребности в отрицании, чтобы укрыться им словно пеленой в трудные моменты. В мои обязанности не входит срывать пелену с других людей и стыдить их за нее. От чувства стыда им станет только хуже, оно заставит их еще сильнее за нее держаться. Опасно срывать с них пелену. Они, как и я, могут умереть от ощущения незащищенности. Я поняла, что лучшее, что можно для них сделать – позволять им чувствовать себя в тепле и безопасности. Чем им теплее и безопаснее, тем больше у них сил, чтобы сбросить пелену. Я не должна поддерживать и поощрять их отрицание. Я могу говорить прямо. Если другие люди что-то отрицают и это причиняет мне вред, я не должна оставаться рядом с ними. Я могу пожелать им всего наилучшего и позаботиться о себе. Дело в том, что, если я слишком долго буду находиться рядом с тем, кто причиняет мне вред, я непременно укроюсь пеленой отрицания. Меня притягивают теплые люди. Когда я нахожусь рядом с ними, мне не нужна пелена.