ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ДЕТДОМА. Глава 1
ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ДЕТДОМА. Глава 1 Антон вышел из детского дома с пакетом документов и адресом матери. Он думал, что самое трудное позади. Но настоящая жизнь только начиналась, и она оказалась совсем не такой, какой он её представлял. *** Пакет с документами Антон стоял на крыльце и щурился от мартовского солнца, которое било прямо в глаза. В руках он держал чёрную папку. Внутри лежали паспорт, свидетельство о рождении, справка из детского дома номер семь города Калуги и тонкая папка с надписью «Личное дело». Ему было двадцать три. Пять лет назад, в восемнадцать, он впервые вышел за ворота как взрослый. Тогда его приняли в колледж, и ему разрешили остаться в общежитии при детдоме — учиться и жить там же, просто в другом корпусе. Льгота для сирот. Казалось, что времени много. Что после диплома будет какой-то план, какая-то опора. Диплом он получил две недели назад. Электрик. Хорошие оценки, рекомендация мастера, который его учил. И вчера вечером директор позвал его в кабинет. Сказал, что общежитие больше не может его держать. Что льгота действует, пока человек учится. Пакет с документами — это было всё, что ему полагалось. Плюс пятьсот рублей и номер социальной службы. За спиной хлопнула дверь. Антон не обернулся. Он знал, что никто не выйдет следом. Воспитательница Раиса Тимофеевна попрощалась с ним ещё накануне вечером. – Звони, если что, – сказала она, не глядя в глаза. И ушла к младшим. У младших был ужин, а у Антона, выходит, была свобода. Свобода пахла талым снегом и выхлопными газами от маршрутки, которая ждала на остановке в тридцати метрах от ворот. Он пошёл к ней, стараясь не оглядываться. Потому что оглянуться означало бы признать, что ему страшно. А он решил, что бояться больше не будет. В папке «Личное дело» бумаг было немного. Копия свидетельства о рождении, где в графе «мать» значилось: Соколова Людмила Павловна, 1975 года рождения. Отец, как водится, прочерк. Ещё была выписка из решения суда о лишении родительских прав, датированная 2005 годом. И листок, вложенный кем-то уже потом, от руки: адрес в Брянской области, деревня Сосновка, улица Школьная, дом четыре. Антон нашёл этот листок два года назад, когда ему впервые разрешили заглянуть в своё дело. Тогда он сидел в кабинете директора, держал бумажку двумя пальцами и чувствовал, как по спине пробегает что-то холодное, будто из форточки подуло. Директор, Фёдор Алексеевич, смотрел на него поверх очков и ждал. – Поедешь? – спросил он тогда. Антон покачал головой. Не был готов. *** Теперь, в маршрутке, прижимая пакет к коленям, он думал о том, что готовым не стал за эти годы, просто деваться больше некуда. Общежитие, в котором он жил во время учёбы, уже не было его крышей над головой. Вот этот вопрос и гнал его в Сосновку. Не любовь к матери, которую он не помнил. Не обида, хотя обиды было в нём столько, что хватило бы на десятерых. Гнал простой, практический страх одиночества. Он видел, как выпускники детдома растворяются в городе, будто сахар в кипятке. Был Лёха, который спился за два года. Была Наташа, которую забрала к себе какая-то секта, потому что там кормили и называли «сестрой». Был Дима, который сел за кражу на третий месяц после выпуска. Антон не хотел так. Он хотел найти точку опоры. Хоть какую-нибудь.