Борис Львович Меркулов жил в элитном районе, в коттедже, который больше напоминал небол...
Борис Львович Меркулов жил в элитном районе, в коттедже, который больше напоминал небольшой дворец. Северов невольно поморщился — он всегда чувствовал себя неловко среди такого богатства. В его мире люди копили годами на машину, а тут швыряли миллионами на старые камешки. Хозяин встретил их в домашнем халате — мужчина лет шестидесяти, с аккуратной бородкой и умными глазами. По всему дому были расставлены витрины с античными вещами. — Ромку убили? — ахнул он, услышав новость. — Не может быть! Мы же только позавчера по телефону говорили про выставку! — Вы были знакомы давно? — спросил Мальков, доставая блокнот. — Лет пятнадцать, наверное. Хороший был человек, знающий. Правда, после смерти дочки совсем замкнулся, только в коллекционировании и находил утешение. Северов заметил, как дрогнуло лицо Меркулова при упоминании о ребенке. — Вы знали его дочь? — Лилечку? Конечно! Прелестная девочка была, умненькая. Рома ее на все наши встречи таскал, показывал коллекции, рассказывал истории... — Голос мужчины стал глухим. — После ее смерти он как будто часть души потерял. — А правда, что он не верил в несчастный случай? — осторожно поинтересовался Мальков. Меркулов тяжело вздохнул и опустился в кресло: — Рома зациклился на этом. Твердил, что кто-то виноват, искал следы преступления там, где их не было. Мы все пытались его образумить, но он не слушал. — Кого он подозревал? — Да всех подряд! То соседей, то каких-то незнакомцев в парке, то... — Меркулов запнулся. — То кого? — настойчиво спросил Северов. — Ладно, все равно это было давно, — махнул рукой коллекционер. — Он подозревал Игоря Стрельцова. Совершенно безосновательно, конечно. — Почему именно его? — Глупость полная... У них тогда спор был из-за одной картины. Рома считал ее подделкой, а Игорь уже деньги заплатил и не хотел признавать ошибку. Поругались крепко. А через неделю Лилечка утонула... Северов почувствовал, как учащается пульс. Вот оно, возможное начало цепочки событий. — Расскажите подробнее про этот спор. — Ерунда была, честное слово, — замахал руками Меркулов. — Игорь купил картину якобы восемнадцатого века, хвалился покупкой. А Рома взглянул и сразу сказал — подделка современная, краски не те, лак свежий. Игорь в долгах тогда был, последние деньги на картину потратил, а тут такое... — И как дело кончилось? — Рома оказался прав. Экспертиза подтвердила — подделка. Игорь денег не вернул, разорился почти. А Роме после этого угрожал, мол, из-за него семью потерял, бизнес загубил... — Угрожал? — Мальков поднял голову от блокнота. — Да так, сгоряча. "Поплатишься за все", что-то в этом роде говорил. А потом девочка утонула, и Рома решил, что это Игорь отомстил. — А вы что думаете? Меркулов пожал плечами: — Игорь, конечно, тот еще тип — вспыльчивый, злопамятный. Но ребенка убить? Не верю. Хотя... — Что? — У него тогда проблемы с алкоголем начались. После развода и банкротства совсем в запой ушел. А пьяный человек на многое способен. Северов переглянулся с напарником. История становилась все мрачнее. — Борис Львович, а где сейчас этот Стрельцов? — Понятия не имею. После той истории мы общение прекратили. Слышал только, что из города уехал, где-то в области обосновался. — А про статуэтку, которую купил Кантемиров, вы знали? Лицо Меркулова потемнело: — Эту Венеру? Еще как знал! Сам хотел купить, даже задаток Рогову дал. А он взял и продал Роме, потому что тот больше предложил. — Вы расстроились?