— Что я планирую убийство? — она покачала головой. — Я была образцовой сотрудницей, тих...
— Что я планирую убийство? — она покачала головой. — Я была образцовой сотрудницей, тихой соседкой. Помогала старушкам из подъезда, подкармливала бездомных кошек. Кто подумает, что такая женщина способна на месть? У здания управления их уже ждал дежурный следователь Григорий Петрович Савельев — опытный мужчина предпенсионного возраста, который видел в своей практике всякое, но каждый раз удивлялся человеческим страстям. — Ну что, Алексей Петрович, привезли нашу мстительницу? — спросил он, выходя навстречу. — Григорий Петрович, прошу вас — деликатнее, — попросил Северов. — Это не обычная убийца. Тут история сложная. — Понял. Материалы дела изучил, картина действительно... неоднозначная. Когда Марию Сергеевну оформляли в камере временного содержания, она вдруг обратилась к Северову: — Можно последнюю просьбу? — Какую? — На могилу Лилечки кто-нибудь будет цветы носить? Я каждую неделю приходила, белые лилии приносила... У полковника перехватило дыхание: — Обязательно. Я сам буду приносить. — Правда? — в ее глазах мелькнула надежда. — Честное слово. Когда все формальности были закончены, Северов и Мальков сели в кабинете с чашками остывшего кофе. За окном уже глубокая ночь, город спал, и только в окнах управления горел свет. — Витя, знаешь, что меня больше всего поразило в этом деле? — спросил полковник. — Что? — Она не сломалась. Двадцать лет носила в себе такую боль, и не сломалась. Продолжала жить, работать, помогать людям. И при этом шаг за шагом готовилась к мести. — А вы ее понимаете? — осторожно поинтересовался Мальков. — К сожалению, да. И это меня пугает. Потому что я не знаю, смог бы я поступить по-другому на ее месте. — Шеф, а как думаете — суд ее сильно накажет? Северов пожал плечами: — Трудно сказать. С одной стороны — двойное убийство, пусть и с отягчающими обстоятельствами. С другой стороны — мотив, смягчающие факторы, добровольная явка с повинной... Хороший адвокат может добиться условного срока или минимального наказания. — А вы будете свидетельствовать в ее пользу? — Буду говорить правду. О том, что видел женщину, которая двадцать лет жила ради одной цели — восстановить справедливость. Пусть суд решает, оправдывает ли это убийство. Мальков допил кофе и встал: — Я домой поеду. Жена волнуется, я уже третий день поздно прихожу. — Иди, Витя. И спасибо за работу. Без тебя мы бы долго еще путались в этих лилиях. Оставшись один, Северов закурил и стал смотреть в окно на ночной город. Где-то там, в детской больнице, спит его сын Мишка. Дома ждет жена Татьяна, которая устала от его постоянных задержек. А завтра предстоит писать рапорт о раскрытом деле и объяснять начальству, почему мать, потерявшая ребенка, решила взять правосудие в свои руки. Телефон прервал его размышления. — Алеша, ты где? Уже второй час ночи. — Заканчиваю дело, Танюша. Арестовали убийцу. — И кто это был? — Мать. Которая мстила за смерть дочери. Долгая пауза. — Понятно, — тихо сказала жена. — Приезжай домой. Я согрею ужин. — Скоро буду. — Алеша?