— Да?
— Да? — Завтра утром поедем к Мишке. Вместе. Врач сказал, что его скоро выпишут. — Конечно. Вместе. Северов потушил сигарету, выключил свет в кабинете и пошел к выходу. Дело было закрыто, но ощущение тяжести в груди не проходило. Слишком много боли было в этой истории, слишком много несправедливости. У выхода из управления его нагнал дежурный: — Алексей Петрович! Задержанная просила передать — она все расскажет на допросе завтра. И еще сказала спасибо за то, что обещали цветы на могилу носить. — Хорошо. Передайте ей, что обещание я выполню. Садясь в машину, полковник подумал о том, что завтра обязательно съездит на кладбище. Найдет могилу маленькой Лилии и принесет белые лилии. Не из жалости к убийце, а из человеческого сострадания к матери, которая двадцать лет не могла пережить потерю ребенка. Потому что справедливость — штука сложная. И иногда она приходит в таком виде, что не знаешь — радоваться или плакать. Конец