— Я никуда не ходил. После того как выключил свет, сразу ушёл через заднюю калитку — та...
— Я никуда не ходил. После того как выключил свет, сразу ушёл через заднюю калитку — там дорожка к остановке. Может, ветер бросил ветку на гравий? Кравцова не стала спорить. Она посмотрела на дом: теперь он не казался таким заброшенным. У входа стояли инструменты, у стены была сложена сухая щепа, а на одном из подоконников виднелась свежая тряпка. — Давно вы здесь бываете? — спросила она. — Да нет, всего пару раз. Но место мне знакомо. Я в этих краях мальчишкой всё лето проводил. Разговор постепенно стал непринуждённее. Николай Семёнович рассказал, что помнит старую хозяйку дома и её привычку никого не пускать дальше калитки. Потом, словно вспомнив что-то забавное, добавил: — А вы слышали, что здесь когда-то клад искали? Анастасия Петровна взглянула на него внимательнее. — Клад? — Так, местная история. Будто во время войны кто-то спрятал в этих местах ценности, а потом не смог вернуться. Одни уверяли, что тайник был у старой мельницы, другие — что где-то неподалёку, под одним из домов. Даже говорили, что прежняя хозяйка знала, где искать, но никому не сказала. — И кто это рассказывал? — Да все понемногу. Старики, дачники. За давностью лет уже не разберёшь, где правда, а где выдумка. Только после таких историй люди начинают слишком внимательно смотреть на чужие участки. Последние слова прозвучали легко, почти шутливо, но Кравцова запомнила их. Слишком внимательно смотреть на чужие участки — именно этим она занималась с вечера, хотя и не собиралась признаваться себе в этом. Она уже хотела спросить, кто первым заговорил о кладе, когда из глубины дома донёсся короткий металлический стук. Николай Семёнович резко обернулся. — Похоже, я инструмент не там оставил, — сказал он и поспешил к двери. Анастасия Петровна задержалась у калитки. На земле, возле старой берёзы, что-то блеснуло среди мокрых листьев. Она наклонилась и подняла маленький латунный ключ — старый, потемневший, с необычной круглой головкой. На секунду ей показалось, что с крыльца за ней наблюдают. Но когда она подняла глаза, Николай Семёнович уже скрылся в доме, а окна оставались тёмными. Далее глава 2