Не для кого не секрет, что в первый же месяц Великой Отечественной войны Москва подверг...
Не для кого не секрет, что в первый же месяц Великой Отечественной войны Москва подверглась авианалетам противника. Немецкие летчики получили приказ наносить удары прежде всего по заводам оборонной промышленности и зданиям органов государственной власти. Конечно же, в столь сложных условиях Сталину неоднократно предлагали покинуть Москву. Да что там предлагали, настаивали. Но Иосиф Виссарионович был непреклонен в своем решении оставаться в столице. Вячеслав Молотов неоднократно рассказывал о поведении Сталина в те тяжелые для всей страны дни: Когда я подошел к Сталину и спросил: Коба, не пора ли нам эвакуировать Кремлевский полк (тонкий намек на эвакуацию самого вождя)? Иосиф Виссарионович ответил: Что ты, Вячеслав, какая эвакуация? В самом крайнем случае, я сам поведу Кремлевский полк в последнюю атаку.Тогда, если нет возможности эвакуировать Сталина, необходимо подготовить для него максимально безопасное помещение. К решению этой задачи был привлечен заместитель начальника 1-го отдела НКВД генерал-майор Шадрин. В итоге был выбран особняк на улице Кирова, который был связан туннелем со станцией метро "Кировская". Только вот здание принадлежало наркомату здравоохранения, а туннель был заполнен хранящимися там медикаментами. Положение осложнялось тем, что было принято решение не посвящать наркома здравоохранения Митерева в подробности секретной операции. Следовательно, тот наотрез отказался передавать особняк в распоряжение НКВД. Мало того, он даже не позволил Шадрину осмотреть особняк. Решать этот вопрос пришлось лично секретарю Сталина Поскребышеву. Но Митерев был непреклонен. Лишь обещание выделить взамен санаторий из ведомства СНК побудило наркома здравоохранения пойти на компромисс. Не беспокойтесь, санаторий выделим хороший, из резерва Совета народных комиссаров. Минеральную водичку нашим комиссарам все равно пить сейчас некогда!Берия лично распорядился расчистить туннель и обустроить под землей кабинеты на 60 человек. А руководить работами на месте был уполномочен все тот же Шадрин. Как только работы были закончены, он, не спавший четверо суток, посетил кухню. Туда же прибыл и сам Сталин, оценивший увиденное словами: Отличная работа!Сказав это, Сталин протянул Шадрину стакан коньяка. Четверо суток без сна и отдыха сделали свое дело. Этот стакан свалил генерала с ног, и тот уснул безмятежным сном. А когда проснулся, то понял, что находится в своем кабинете. На свой вопрос, почему не разбудили, он услышал: Товарищ Сталин велел командира объекта не будить.