— Ну, оплату коммуналки смогу, — решилась она. — Арендаторы уже должны съезжать. Можем ...
— Ну, оплату коммуналки смогу, — решилась она. — Арендаторы уже должны съезжать. Можем проверить сегодня. И заселяйтесь тогда. Я вам дам ключи. — Вы что, серьёзно? — уставился на неё Андрей. — Да там же квартира сдавалась за тридцать тысяч. — Ну я хозяйка, сама цену устанавливаю, — улыбнулась Настя. — Так, нужно вам жильё или как? — А вы надолго нас пустите? — осторожно спросила Ольга. — И регистрацию временную можно будет сделать. Нам с ребёнком без неё никак. — Да тут хотя бы на годик как-то закрепиться, а там накопим снова, — оптимистично сказал Андрей. — Ну или два. Правда, это уж совсем наглость. — Да живите, сколько будет нужно, — кивнула Настя, обречённо понимая, что придётся остаться у свекрови. А ещё оповестить об этом саму Нину Аркадьевну. К её удивлению, свекровь вовсе была не против. Наоборот, даже как будто порадовалась. Она вообще сильно изменилась за последнее время. Забросила свой бассейн, другие модные хобби, стала забирать внука из сада. А когда Настя решилась рассказать про отца, не осудила за молчание. Зато Виктор выступал с заявлениями куда чаще, чем им хотелось. То препятствовал разводу, заверяя, что любит только жену. А когда она не купилась на эти лживые посулы, перешёл к новой стадии своего представления. Теперь угрожал отсудить у неё половину маминой квартиры. Но тут уже Инна быстро объяснила сестре, что наследство её личное неделимое имущество. Ну а потом предложила Насте выдать Игоря за нового кавалера, чтобы тем самым ускорить развод. И он согласен был им помочь — давно приглядывался к Насте и рад был хоть чем-то ей услужить. При первой встрече с напоминающим медведя Игорем Виктор буквально впал в ступор, а тот положил свои ручищи на Настины плечи. Затем схватил визжащих от восторга Артёма и Диму на руки и отбыл от ворот сада в сторону дома Петра Ивановича. Обернувшись, Настя успела увидеть, как клацнула челюсть бывшего мужа. И этим зрелищем она осталась довольна. А на следующий день Виктор объявил, что готов развестись мирно. Он явно трезво оценил свои шансы: у бывшей жены теперь серьёзный защитник, а суд мог обернуться против него самого. В один из дней вся семья сидела во дворе у Петра Ивановича в новой беседке, которую тот специально соорудил для внуков. Но детей больше интересовали качели на старой яблоне и автодром, который дедушка тоже для них смастерил. — Мам, а правда мы с Димой братья? — Артём подскочил и завопил ей на ухо. — На улице не верит никто. — Правда, правда, двоюродные братья, — кивнула она. — А мы с тётей Инной сёстры. — Круто, — важно заявил её сын. — А мы и так догадывались, поэтому и курточками поменялись, как настоящие братья. У нас всё общее, одежда тоже. — Ой, фантазёры, — Инна потрепала детей по одинаковым светлым макушкам. — Это ж надо придумать. Одеждой меняться. — А вы не будете нас теперь ругать? — поинтересовался Артём деловито. — Мы решили, что теперь до конца жизни ссориться не будем. — Ну и нам тогда придётся жить дружно, — расхохотались сёстры, вытирая слёзы. Мальчишки так важно сообщили о своём решении, что сдержать смех было решительно невозможно. — А бабу Нину тогда можно и моей бабушкой будет? — уточнил Дима.