Однажды, будучи ещё стеснительной школьницей в конце целомудренных 80-х (когда слово «с... — 8 апреля 2026 г. в 06:11:00.772
Однажды, будучи ещё стеснительной школьницей в конце целомудренных 80-х (когда слово «секс» знали только по переводам иностранных песен, а о самом процессе только догадывались), я прочла книгу Линды Гудмен «Астрология с улыбкой». Про мой знак – Весы – там были такие строки: «Женщина-Весы зачастую обнаруживает себя в чужой постели и не может понять, как это произошло». Я возмущённо фыркнула и запахнула декольте, поставив Линде Гудмен жирную двойку по поведению. Во-первых, какая ещё чужая постель?! Я в своей-то спала с фарфоровым слоником на тумбочке и стопкой учебников по марксизму-ленинизму. Во-вторых, слово «обнаруживает» звучало так, будто речь идёт о забытом зонтике в троллейбусе. «Никогда, – поклялась я себе голосом комсомольского собрания, – никогда я не окажусь в ситуации, где буду хлопать ресницами на чужой простыне с вопросом "как?"». Как же наивно, должно быть, я тогда фыркала. Прошли десятилетия. Линда Гудмен, эта буржуазная провокаторша, оказалась неправа в корне. Ни разу я не просыпалась в незнакомой постели с гримасой «как я тут оказалась?». Всякий раз я была доставлена на место боевых действий в трезвом уме, твердой памяти и с четким пониманием маршрута. Но. Друзья. Сегодня мой «облико морале» дал трещину. Я впервые в жизни проснулась на плече незнакомого мужчины. Я цветок не первой, даже не второй свежести. Лет через тридцать я буду претендовать на почетное место в гербарии, так что, наверное, когда-то надо было начинать. Однако формат «начать» в 6:47 утра в маршрутке № 649 — это перебор даже для меня. Моей голове было так комфортно, что я даже не сразу заподозрила подвох. Не всякая подушка доведет мой череп неправильной формы до кинестетического оргазма. Мне снилось что-то химическое: то ли я лабораторию разливала, то ли меня разливали по флаконам. Я блаженно развернулась поудобнее и уткнулась носом в источник тепла. Сказать, что запах мне не понравился — это соврать. Мне не понравилось осознание того, что это запах. Амбре было концентрированным: долгое бродяжничество, смешанное с неприкаянностью и хроническим перегаром. Я резко оторвала голову. Это было плечо. Плечо мужчины с лицом, которое я видела впервые. Он подмигнул мне отёчным оком, щедро разбавляя кислород парами переработанного этанола, и сипло вопросил: — Лямур пердю, мадам? Тут водитель автобуса, наконец, сжалился надо мной и произнес название моей остановки. Я выкатилась из салона со скоростью выпущенного снаряда, на ходу понимая, что пророчество Линды Гудмен сбылось. Ибо обнаружила я себя пусть не в чужой постели, но в чужой подмышечной впадине… Ля-ля-фа, эти ноты….