— Ты отдал деньги, которые мы копили на платные роды, своей дочери на новый телефон?! А...
— Ты отдал деньги, которые мы копили на платные роды, своей дочери на новый телефон?! А наш ребенок должен родиться в коридоре бесплатной больницы? — Куда именно делись двести пятьдесят тысяч рублей с нашего накопительного счета, Кирилл? — произнесла Полина, не отрывая взгляда от светящегося экрана ноутбука, стоящего на обеденном столе. Кирилл, только что зашедший на кухню и успевший лишь наполовину распустить узел галстука, замер у холодильника. Его пальцы на секунду застыли на хромированной ручке. Он явно не ожидал такого прямого и резкого вопроса прямо с порога, рассчитывая на привычный ужин и спокойный вечер. — Ты проверяла мой телефон? — он слегка прищурился, пытаясь перехватить инициативу и перевести разговор в плоскость обвинений в недоверии. — Я зашла в наш совместный банковский аккаунт, чтобы проверить реквизиты для окончательной оплаты контракта с клиникой, — Полина медленно повернула голову в его сторону. Находясь на тридцать восьмой неделе беременности, она физически не могла делать резких движений, но ее интонация была острее любой бритвы. — Завтра мы должны внести всю сумму за индивидуальную палату и присутствие выбранного врача. Но вместо необходимых цифр я вижу там ровно сто двенадцать рублей. Я повторяю свой вопрос. Куда ты перевел деньги? Кирилл тяжело выдохнул, демонстрируя крайнюю степень утомления от непонятливости жены. Он отпустил ручку холодильника, подошел к раковине и начал тщательно мыть руки, стараясь выиграть еще несколько секунд для формулирования убедительной версии. Вода с шумом ударялась о металлическое дно. — Возникли непредвиденные обстоятельства, требующие срочного финансового вмешательства, — произнес он будничным тоном, вытирая руки бумажным полотенцем. — Мне пришлось перенаправить эти средства. Я собирался сказать тебе об этом после ужина, чтобы ты лишний раз не нервничала в своем положении. Ничего критичного не произошло.