Выходные. Работал со сложными девушками в субботу. Пограничное расстройство – моё прокл...
Выходные. Работал со сложными девушками в субботу. Пограничное расстройство – моё проклятие и моё призвание: кажется, что сейчас чуть ли не каждый второй мой клиент именно с таким расстройством. К счастью, я расширил арсенал знаний и понимание – что делать, что предложить. Но тренинг навыков по ДБТ меня убьёт, если я доживу до середины июля и только потом стану ДБТ терапевтом. Полюбил высокие температуры в бане, потому что тело окрепло, подсохло, а после того, как бросил курить, сосуды и сердце значительно сильнее. Лежу на верхнем полке и медитирую, не чувствуя жара. С телом вообще что-то начало происходить: растёт чувствительность, болевой порог снижается, и я остро реагирую на прикосновения. Читаю мемуары Ингрид Бергман. Я всегда любил красивых, умных и талантливых женщин, а Бергман – топ-4 в списке 100 лучших голливудских актрис. Посмотрел два фильма её итальянского периода с Роберто Росселини: «Стромболи, божья земля» и «Путешествие в Италию». Оба тяжёлые и честные, что даже странно для фильмов 50-х. Ингрид там бесконечно прекрасна, и даже после ночевки на горе имеет безупречную причёску. Ребёнок спрашивал, отчего я стал смотреть странные чёрно-белые фильмы. Они очень в духе терапии АСТ – заставляют принимать жизнь такой, какая она есть. Особенно в «Стромболи», но о нём я напишу в «Одиноком прохожем». Впереди ещё много её фильмов – она действительно прекрасная актриса. Звонил приятель и христосовался. Нет никого более странного, чем религиозные и патриотичные геи. Вызывают во мне недоумение и сомнение в их истинности и точно сигнализируют о внутренней гомофобии. Писал лучший тенор-соловей нашего театра, господин Пьянков, и звал меня завтра в их с женой музыкальную гостиную. Там концерт баритонов. Для меня бесплатно. Когда пишешь критические статьи, иногда есть бонусы. Пойду, ибо Виктор Кириллов совершенно потряс меня в партии Сусанина в опере «Жизнь за царя» и будет петь завтра. Так погрузился в практики осознанности, что понял: пришло время возвращаться в кундалини-йогу. Три года и 35 кг назад я неистово практиковал и учился расслабляться. Начав засыпать на шавасане, понял, что преисполнился и забросил. А сегодня понял, что я большой дурак, что забросил практику. Тело помнит всё. Но сейчас это другое тело. Каждый позвонок реагирует иначе. Ом Намонг, Сат Нам, дыхание огня… Боже, как мне всего этого не хватало, оказывается. И финальная медитация с гонгом – с ощущением, что сейчас тебя принесут в жертву Вишну. После класса прошёл 8 км под оперу Оффенбаха «Сказки Гофмана» и понял, что в нашем бору слишком много людей, и пора собираться в горы. Там уже подсохло. Дома хорошо и тепло. Собаки здоровы, и сеттер перестал умирать. Курс КПТ жизни с хронической болью развернул меня к своему артрозу и показал под другим углом, как с ним можно жить и договариваться. Жизнь течёт, и я учусь принимать боль, старение и усталость. GPT-чат советует мне разработать свой авторский трансформационный курс, но мне надо ещё скинуть 5 кг, и тогда, может быть, я подумаю. Хотя кому в наше время нужны трансформации? От тревоги бы то не умереть.