Главной их общей целью было закрыть ипотеку как можно быстрее.
Главной их общей целью было закрыть ипотеку как можно быстрее. И тут полгода назад не стало бабушки Алексея. Она оставила ему однокомнатную квартиру в другом городе. Небольшую, но в хорошем районе. С самого начала Ольга восприняла это как шанс. - Слушай, если продадим её, можем почти треть ипотеки закрыть, - сказала она тогда. - Представляешь, насколько легче станет? Алексей кивнул. - Да, вариант хороший. Надо только с документами разобраться. Ольга тогда впервые за долгое время почувствовала облегчение. Как будто впереди появился свет в окошке, а не бесконечный коридор из ежемесячных платежей. Но была одна проблема. Тамара Сергеевна. Мать Алексея. *** Свекровь жила одна, но в жизни сына присутствовала плотно. Звонила почти каждый день, интересовалась всем — от здоровья до того, что они ели на ужин. Ольгу она не оскорбляла напрямую, но всегда умела сказать так, что оставался неприятный осадок. - Ты, Оля, конечно, молодец, работаешь, - говорила она. - Но семейные отношение — это не только деньги. Это ещё и умение слушать старших. Или: - Раньше женщины больше о доме думали. Сейчас всё больше о деньгах. Ольга пропускала это мимо ушей. Привыкла. Но как только речь зашла о квартире, тон Тамары Сергеевны изменился. - Это квартира Алексея, - сказала она однажды за ужином. - Ему бабушка оставила. Это память. Такие вещи не продаются. Ольга тогда ответила спокойно: - Мы не просто продаём. Мы закрываем ипотеку. Лёше не нужна бабушкина квартира, у него уже есть наша, общая квартира. Свекровь улыбнулась тонко. - Общая — это когда вместе нажили. А та — его лично. Алексей тогда промолчал. И это было первым звоночком. *** Со временем Ольга заметила: после разговоров с матерью он стал осторожнее говорить о продаже квартиры. Уже не так уверенно, уже с паузами. - Надо подумать, - говорил он. - Может, не спешить. - О чём думать? - не выдержала однажды Ольга. - Мы же уже всё обсудили. - Ну... мама считает, что это неправильно. Ольга тогда только вздохнула. - А ты что считаешь? Он не ответил. *** Всё стало ясно в один обычный вечер. Ольга вернулась домой раньше. Клиент перенёс встречу, и у неё неожиданно освободилось полдня. Она зашла тихо, чтобы не разбудить сына, который обычно в это время спал. Из кухни доносился голос Алексея. Он разговаривал по телефону, и, судя по всему, с матерью. Дверь была приоткрыта. Ольга не собиралась подслушивать. Просто хотела пройти мимо. Но услышала своё имя — и остановилась. - Мам, ну не так всё просто, - говорил Алексей. - Мы с Олей рассчитывали продать квартиру. Голос Тамары Сергеевны звучал отчётливо — он включил громкую связь. - Вы рассчитывали, а я тебе сразу сказала — не спеши. Это твоё имущество, Алексей. Личное. Ты понимаешь, что это значит? - Понимаю, но у нас ипотека... - Ипотека у вас общая, - перебила она. - А квартира — твоя. И если ты сейчас её продашь и вложишь в общий котёл, потом не вернёшь. Ольга почувствовала, как внутри всё напряглось. - Мам, ну мы же семья... - Семья – это мать, - резко сказала Тамара Сергеевна. – А жена – сегодня одна, а завтра может быть другая. Я тебе хочу предложить нормальный вариант. - Какой? - Оформить дарственную на меня. В кухне повисла пауза. Ольга даже перестала дышать. - Зачем? - тихо спросил Алексей. - Затем, что так квартира останется в семье, но не уйдёт в ваш общий раздел. А дальше уже посмотрим. Может, сдавать будем. Может, позже продадим. Но не сейчас и не так. - Мам, это как-то... - Это разумно, - жёстко перебила она. - Или ты хочешь остаться ни с чем? Сегодня ты вложишься, а завтра, не дай бог, что — и всё пополам? Ольга сжала пальцы. - Оля тебя уже на продажу настроила, - продолжала Тамара Сергеевна. - Ей выгодно, чтобы ты своё в общее пустил. А ты подумай головой. Алексей молчал. И это молчание оказалось громче любых слов. - Я не говорю, что она плохая, - добавила свекровь мягче. - Но у неё свой интерес. А у тебя должен быть свой. Ольга тихо отступила от двери и прошла в комнату.