Когда сгорают осенние сердца. Психологическая мелодрама
Когда сгорают осенние сердца. Психологическая мелодрама I. Запах дыма В тот год осень пришла слишком рано. Уже в конце августа ветер срывал с берёз первые жёлтые листья и гнал их по пустой набережной, будто торопил кого-то к неизбежной разлуке. Небо над городом стояло низкое, серое, с тяжёлыми облаками, а река темнела от холода и отражала редкие огни. Елена Воронцова приехала в этот город семь лет назад — не из любви к нему и не по необходимости. Просто однажды ей захотелось исчезнуть. После смерти матери она продала московскую квартиру, оставила работу в издательстве и поселилась в старом доме на улице Купеческой. Дом был почти разрушен: облупленные стены, скрипучая лестница, окна, которые зимой покрывались ледяными цветами. Но в нём было главное — тишина. Елена прожила в этой тишине почти семь лет. Она переводила книги, писала рецензии для небольших журналов, иногда брала заказы на редактуру. Её жизнь была размеренной до болезненности: утром — кофе, письма, работа; днём — прогулка по набережной; вечером — свеча, музыка и несколько страниц старого романа перед сном. Она не страдала. По крайней мере, так ей казалось. Боль, если долго с ней жить, перестаёт быть острой. Она становится частью тела, как старый шрам: уже не мешает, но напоминает о себе всякий раз, когда меняется погода. В конце сентября Елена получила письмо. Обычный белый конверт без обратного адреса. На нём было выведено её имя — «Елена Воронцова» — строгим мужским почерком. Внутри лежала фотография. На фотографии была она сама — молодая, смеющаяся, с длинными волосами, стоящая на фоне моря. Рядом — мужчина, чьё лицо было обрезано краем снимка. Елена сразу узнала это море: Крым, Ялта, июль десять лет назад. На обороте фотографии было написано: «Я всё ещё помню, как ты сказала, что никогда меня не разлюбишь». Елена долго сидела неподвижно. Потом перевернула фотографию ещё раз, будто надеялась увидеть что-нибудь другое. Но там оставалась та же фраза.…