«Крыса» в ближнем кругу: друг согласился надеть скрытый микрофон на встречу с главой Ко...
«Крыса» в ближнем кругу: друг согласился надеть скрытый микрофон на встречу с главой Коломбо В пятницу, двенадцатого февраля тысяча девятьсот девяносто третьего года, в шестнадцатом зале Федерального окружного суда Восточного округа Нью-Йорка в Бруклине стояла такая густая, наэлектризованная тишина, что было слышно, как под высоким потолком гудят лампы дневного света. На скамье подсудимых за дубовым барьером сидел пятидесятивосьмилетний мужчина с холеным, гладко выбритым лицом киноактера старого Голливуда, аккуратно уложенными седыми с вороньим отливом волосами и пронзительными, холодными карими глазами. На нем был сшитый на заказ в Риме двубортный темно-синий костюм из тончайшей шерсти, шелковый галстук и белоснежный платок в нагрудном кармане. Звали этого человека Виктор Дж. Орена, но весь преступный мир Восточного побережья США знал его под уважительным именем «Маленький Вик» (Little Vic). После того как пожизненный патриарх клана Кармине «Змея» Персико отправился отбывать столетний срок в тюрьму Ломпок, именно Виктор Орена стал действующим боссом могущественной мафиозной семьи Коломбо. Под его началом находились более ста двадцати полноправных «сделанных» солдат (made men) и около тысячи соратников, контролировавших строительные профсоюзы Нью-Йорка, грузовые терминалы аэропорта Кеннеди, вывоз мусора, ростовщичество и игорный бизнес от Бруклина до Лонг-Айленда. В начале девяностых годов Орена развязал на улицах Бруклина настоящую войну за трон — Третью войну семьи Коломбо, в ходе которой киллеры обеих фракций расстреливали друг друга из автоматов прямо у супермаркетов и школ, оставив на асфальте двенадцать трупов. И тем не менее в то февральское утро тысяча девятьсот девяносто третьего года Маленький Вик Орена чувствовал себя за столом защиты совершенно уверенно. Ведущие адвокаты Нью-Йорка во главе с прославленным Джеральдом Шаргелом только что заверили босса: у федеральных прокуроров нет против него ни одного прямого доказательства по обвинению в убийстве капо Томаса Оcера и управлении рэкетом. Свидетели с улицы запуганы или мертвы, а сам Орена был настолько осторожен, что никогда не обсуждал дела по телефону и не пускал в свой дом чужаков. И тут боковая дубовая дверь за спиной судьи отворилась. В…