«Шнурочки»
«Шнурочки» Когда-то очень давно, когда старшие дети были маленькими, я ходила по магазинам сама. Доставок тогда не было. Машины — тоже не всегда. А в округе было три магазина: «Алпи», «Спутник» и «Чибис». Каждый — метров в пятистах от дома, в разные стороны. Чтобы купить всё на семью, нужно было обойти все три. И вот иду я как-то домой. Навьюченная, как верблюд, с пакетами. Зима. Одета как все, ничего особенного. Дети очень любили хлеб-чиабатту из «Алпи» — а я его забыла купить. Ладно, думаю, 300 метров, схожу. Беру хлеб — и у меня появляется ещё один пакет. Иду дальше. И вдруг слышу: «Ксюша, привет!» Поднимаю глаза — передо мной моя сестра, младшая двоюродная. Сияет. Показывает на дом: «А я тут живу! Мы квартиру снимаем. Иду вот шнурочки купить под цвет сумочки». А я стою. С пакетами. Зимой. И мне стало так неловко. Не за неё — за себя. Я подумала: вот она идёт за шнурочками, а я — за продуктами на всю семью. Потому что кроме меня это никто не сделает. Сказала: «Ладно, я пойду». Она: «Давай, пока!» — и упорхнула. Беззаботная, как стрекоза. А я пошла дальше. С пакетами. Домой. К детям. К мужу. К своей жизни. --- Тогда я думала: «Вот у неё — шнурочки и сумочка. А у меня — дети, муж, пакеты, магазины». Прошло много лет. Лет 16, может 18. И я перестала думать об этом с горечью. Потому что у меня есть любимый муж. Любимые дети. Квартира у нас муниципальная, небольшая, но пока другой нет и не предвидится. И всё же мы счастливы — все вместе. Мы друг друга любим, помогаем, уважаем. У нас есть поддержка. У нас есть стержень. А у них… У них так и остались шнурочки. Красивые ролики, походка «от бедра», рестораны, курорты, яхты, очередные мужчины. Напыщенная жизнь, которую показывают в интернете. Я смотрю на это и понимаю: их никто не ждёт. Кроме огней ресторанов и очередного курорта. А меня — ждут. Меня обнимают. Меня любят. Мне не нужно снимать ролики с походкой, как на дефиле. Дома я могу быть любой. Зато я настоящая. Зато у меня тепло, уютно и по-настоящему. --- Я не богата. Но я не сплю стоя. И у меня есть то, что не купишь за шнурочки, — моя семья.