необычных и новых событий. На самом деле то, что сейчас происходит в Польше, мы можем с...
необычных и новых событий. На самом деле то, что сейчас происходит в Польше, мы можем смотреть из двух позиций, обе для нас интересные. В данном случае позиция, конечно же, сходится к одной и той же точке, но взгляд при этом получается достаточно разный. ▪️Первый и, наверное, для нас самый естественный взгляд. Если вы помните наше интервью начало года, мы тогда говорили о том, что война поменяла свой характер: это уже совсем не война России и Украины, это война России и Европы на территории Украины. И далее мы указывали, что и в отношении России, и в отношении Украины, что бы ни говорили официальные обзоры, положение на месте всё-таки чувствуется, и достаточно сильно ощущается усталость от войны. Но в Европе, которая в войну вступила по-настоящему достаточно поздно, потому что переход от «Европа помогает Украине» к «Европа, по сути, уже воюет за Украину» - это всё-таки 2025 год. И с этой точки зрения, если Россия и Украина воюют с 2022 года, то Европа - где-то с от середины до конца 2025 года. И соответственно, усталости от войны на начало года мы там не наблюдали. Так вот, было бы странно не заметить нарастания политической нестабильности, которая идёт во Франции, в Бельгии, в Италии, в Испании и теперь в Польше. Конечно, можно сказать, что это везде разные события: в Испании это очевидно миграционный кризис, во Франции это очевидно бюджетный кризис и тоже миграционный. В Польше это конституционный кризис. Да, конечно, везде причины разные, но то, что они совпадают по времени, и то, что они касаются именно активно участвующих в войне стран, заставляет нас сделать один и достаточно важный вывод. Теперь на конец года мы имеем право констатировать, что Европа от войны устала. И начинаются проявления этой усталости. Вот это общий знаменатель миграционного кризиса в Испании, технологического кризиса в той же Испании и Германии, бюджетного во Франции, политического в Германии, внешнеполитического в отношениях США и Англии. Это общая ситуация, и здесь можно сказать, что Польша для нас важна, интересна тем, что нация находится ближе всего к России, Украине и Беларуси. Ближе всего к фронту, и именно от позиции Польши будет зависеть, начнутся ли активные действия, собственно, натовских армий, например, против Калининграда, будет ли реальная переброска вооружённых сил Европы на украинскую территорию. В конце концов, это всё равно придётся делать через Польшу, с её участием. Это как бы первый фокус, и фокус интересный. И вот тот момент, который мы должны очень чётко понять: кризис мог сложиться по-другому. Причина его могла быть та же, а повод к нему мог быть абсолютно другой, но ведь он же сложился вполне определённым образом. И это тоже не случайность. И вот это уже второй фокус. Итак, первый фокус - усталость Европы от войны, понимание того, что риски от этой войны становятся всё выше и выше, в то время как ожидаемая прибыль, ожидаемая польза от неё всё время скукоживается. Да, изначально Европа исходила из быстрого поражения России и возможности использования этого поражения, в том числе для улучшения своей экономики. Сейчас уже идут разговоры о том, что, конечно же, это не получится, но зато мы нарастим своё военное производство. Соответственно, уже даже достаточно средне развитый европейский обыватель говорит: «Я не понимаю, мы влезли в опасный кризис, и нам говорят, что результатом этого кризиса будет наращивание военного производства, которое нам без этого кризиса было бы вообще не нужно». То есть задачей кризиса будет усиление кризиса, и конечно же, это никому не нравится. А вот проявляется фраза «никому не нравится» везде по-разному. Второй фокус. ▪️Мы в своё время говорили и повторяли - впрочем, задолго до нас эту мысль кто только не высказывал: Черчилль, Клемансо, и я думаю, что если мы влезем в историю Французской революции, хотя бы в изложении Ришелье, то найдём и гораздо более ранние высказывания этого содержания. На самом деле, когда я говорю о ранних высказываниях, то да, конечно, Великая французская революция