.
. Поэтому вода стала для меня главным образом романа. Она не имеет собственной формы, но сохраняет всякое прикосновение. На её поверхности след исчезает мгновенно — и всё же движение продолжается в глубине. Так действует травма. [26.08.2026 17:06] Юлия Трусова: Мы можем не помнить события, но годами жить внутри созданного им течения. Сеансы Элис с Эмилем и Адрианом — это не простое движение от незнания к факту. Анализ не похож на следствие, где достаточно найти улику. Это спуск в область, где память смешивается с желанием, а истина неизбежно искажается переносом. Пациент видит в аналитике того, кого потерял, боялся или любил. Но и аналитик не остаётся холодным зеркалом. Чужая история проникает в него, находит его собственные трещины и начинает смотреть через них. В «Следе воды» я исследую пресуществление Эроса: мгновение, когда любовь перестаёт быть только силой соединения и обнаруживает внутри себя тягу к растворению, повторению и утрате. Иногда мы возвращаемся к ране не потому, что хотим страдать, а потому, что психика пытается завершить оборванное действие. Иногда желание спасти другого скрывает желание погибнуть вместе с ним. Иногда стремление узнать правду сильнее инстинкта самосохранения. Эрос и Мортидо не стоят по разные стороны пропасти. Они кружат над одной и той же чёрной водой, меняясь отражениями. Поэтому «След воды» — не исторический роман, в декорации которого я поместила психоанализ. Сам роман движется по законам анализа: через ассоциации, повторения, сопротивление, перенос, телесную память, сновидения и внезапные провалы молчания. Истина в нём не лежит на дне готовым предметом. Она меняется от самого прикосновения к ней. Сейчас «След воды» (https://www.litres.ru/book/raznoe/sled-vody-74310762/) написан наполовину, и его уже можно читать на ЛитРес по подписке — по мере выхода новых глав. Возможно, история незавершённого «Мортидо» попалась мне именно сейчас неслучайно. Один фильм о влечении к смерти был оборван смертью. Другой текст ещё продолжает расти, пытаясь пройти по оставленному водой следу и понять, что происходит, когда разрушение встречается с любовью. Если сила Мортидо заключается в том, чтобы размыкать связи, то работа Эроса — вновь соединять разорванное. И так будет всегда.