Пожилой злодей и добрый дедушка: какие возрастные архетипы создает массовая культура
Пожилой злодей и добрый дедушка: какие возрастные архетипы создает массовая культура Старший персонаж в кино, сериале или рекламе редко бывает просто человеком определенного возраста. Массовая культура предлагает нам готовые роли: мудрый наставник, добрый дедушка, беспомощная старушка, ворчливый сосед, эксцентричный старик или пожилой злодей. На первый взгляд некоторые из этих образов вполне позитивны. Но даже «добрый дедушка» может быть возрастным стереотипом, если его единственные качества — мягкость, безобидность и забота о других. Психологические исследования обнаруживают устойчивое противоречие: людей старшего возраста часто воспринимают как более теплых и доброжелательных, но менее компетентных, чем молодых. Этот стереотип воспроизводится в разных культурах. Медиа способны его усиливать. В Глобальном докладе ВОЗ об эйджизме приводятся результаты исследования американского телевидения: старшие люди составляли лишь 1,5% персонажей, причем чаще получали второстепенные роли и изображались с использованием стереотипов физической и когнитивной несостоятельности, нередко ради комического эффекта. Анализ немецких прайм-тайм сериалов также показал, что старшими были только 8,5% главных персонажей. Но существует и противоположный архетип — «опасный старик». Его возраст подчеркивается через холодность, властность, подозрительность, одержимость прошлым или нежелание уступать место другим. В таком образе долголетие и опыт превращаются уже не в достоинство, а в источник угрозы. Даже современный образ «идеального активного пенсионера» не всегда нейтрален. ВОЗ обращает внимание, что переход от изображения старших людей как больных и зависимых к образу исключительно здоровой, активной и успешной старости способен породить новый стереотип: будто «правильно стареть» — личная обязанность каждого. Проблема не в существовании добрых дедушек, мудрых наставников или пожилых злодеев. Проблема возникает, когда возраст заменяет характер. Старшие персонажи имеют право быть великодушными и эгоистичными, смешными и серьезными, влюбленными, амбициозными, растерянными, сильными — то есть такими же противоречивыми, как люди любого возраста. Чем разнообразнее старость на экране, тем меньше у общества оснований воспринимать ее как одну заранее написанную роль.