Сериал «Амазонки русского авангарда» сосредоточен на портретах четырех художниц. 4 сери...
Сериал «Амазонки русского авангарда» сосредоточен на портретах четырех художниц. 4 серии по полчаса – можно посмотреть за один вечер. Собственно, ровно так я и поступила. С экрана Любовь Попова, Надежда Удальцова, Ольга Розанова и Наталья Гончарова рассказывают про свою жизнь. Опорой для этой речи (от первого лица) служат письма, дневники, фотографии и воспоминания современников. Между ними вставлены игровые сцены и комментарии экспертов. Авторы сериала предлагают смотреть на авангард как на особый жизненный выбор, сделанный в непростое время. Любовь, материнство, утраты и исторические потрясения любят входить в мастерскую без стука. Полчаса на каждую героиню, конечно, маловато для «полнокровной» биографии. Но объемно показать несколько поворотных моментов у создателей безусловно получилось. Приятно и то, что нейросети в сериале ведут себя довольно скромно. Фотографии слегка оживают, но не пускаются в пляс. После документальных проектов, где генерация выходила на первый план, а результат был, скажем так, на любителя, эта сдержанность выглядит как хороший вкус. Теперь два вопроса. Первый – арифметический: в названии «амазонки», в сериале их четыре, а традиция вообще-то насчитывает как минимум шесть (добавляем Александру Экстер и Варвару Степанову). Внятного объяснения, почему в сериале только четыре художницы, я не нашла. Можно предположить, что Степанова неизбежно потянет разговор еще и к Родченко, а парижская жизнь Экстер — отдельный большой сюжет. Но это лишь догадки. Второй вопрос тоньше. Когда художница говорит «я», зритель охотно верит, что слышит ее собственный голос. Между тем серия о Гончаровой собрана из разных источников, среди которых присутствует литературный портрет Цветаевой и озорные фантазии Ильи Зданевича. Граница между прямой цитатой, пересказом чужого свидетельства и авторским домыслом остается не вполне ясной (в художественной части серий). Это не отменяет достоинств проекта, но заставляет смотреть внимательнее.