СВЕКРОВЬ НЕНАВИДЕЛА ПАРАЛИЗОВАННУЮ НЕВЕСТКУ, А МУЖ ПРИВЕЛ ПРИ НЕЙ ЛЮБОВНИЦУ
СВЕКРОВЬ НЕНАВИДЕЛА ПАРАЛИЗОВАННУЮ НЕВЕСТКУ, А МУЖ ПРИВЕЛ ПРИ НЕЙ ЛЮБОВНИЦУ После аварии Алина три месяца почти не двигалась. Врачи говорили о тяжёлой травме мозга, параличе и почти полном отсутствии надежды. Влад привёз жену из клиники в загородный дом матери. Регина Марковна встретила невестку холодно. — Зачем ты привёз её сюда? — спросила она. — В клинике есть уход. Дом не больница. — Она моя жена, мама, — мягко ответил Влад, поправляя плед на коленях Алины. — Я её не брошу. Сиделка уже нанята. Сиделкой оказалась Инга — строгая женщина с холодными глазами. Регина не знала, что Инга была не медсестрой, а юристом и любовницей Влада. Первые недели всё выглядело пристойно. Инга ухаживала за Алиной, Влад изображал заботливого мужа. Но по вечерам они закрывались в кабинете. — Доверенность почти готова, — сказала однажды Инга. — Осталась подпись твоей матери. Влад достал маленький флакон. — Скоро она сама ничего не поймёт. Он капнул несколько капель в чай Регины. — Ещё месяц, и её признают недееспособной. Я стану опекуном, а потом всё будет нашим. Они говорили спокойно, не подозревая, что за стеной Алина слышит каждое слово. Она не была без сознания. Месяц назад разум вернулся к ней, но тело по-прежнему не слушалось. Она слышала шаги, голоса, чувствовала прикосновения, но не могла открыть рот и сказать: «Я здесь». Днём перед ней обсуждали счета, лекарства, планы, словно рядом стоял пустой стул. Иногда Влад гладил её по волосам и говорил при матери: — Потерпи, любимая. Я рядом. А через час смеялся с Ингой в соседней комнате. Хуже всего было именно это — понимать, что человек, которому она доверяла больше всех, давно смотрит на неё не как на жену, а как на препятствие. Сначала Алина плакала без слёз, потом перестала жалеть себя. Оставалась одна мысль: выжить и не дать им уничтожить Регину. Однажды ночью Влад вошёл с Ингой в её комнату. — А с ней что делать? — спросила Инга, кивнув на Алину. — Потом устроим несчастный случай, — ответил Влад. — Газ, проводка, пожар. Безутешный вдовец получит всё. Когда они ушли, Алина смотрела в потолок. «Я должна встать. Я обязана предупредить Регину». Каждую ночь она пыталась вернуть телу движение. Сначала дрогнул палец. Потом кисть. Затем она смогла немного повернуть голову. Тем временем Регина слабела. Путала цифры, забывала имена, теряла вещи. Однажды она сидела напротив Алины с чашкой чая. — Знаешь, — тихо сказала свекровь, — я всегда тебя недолюбливала. А теперь сама будто исчезаю. Влад говорит, это возраст и стресс. Иногда мне кажется, тебе легче. Ты хотя бы ничего не понимаешь. Регина поднесла чашку к губам. Алина собрала все силы и пошевелила пальцем. Тук. Регина замерла. — Алина? Но движение не повторилось. — Уже мерещится, — прошептала она и выпила чай. В ту ночь Алина впервые смогла сползти с кровати. Пол был холодным, руки дрожали, ноги волочились следом. Несколько раз ей казалось, что сил больше нет, но она добралась до тумбочки Регины и подменила таблетки обычными витаминами. Затем так же медленно вернулась обратно и до рассвета лежала, боясь, что Инга заметит сдвинутый плед. Утром Инга обнаружила на зеркале красный крест, нарисованный её помадой. — Это твоя мать! — прошипела она Владу. — Кто ещё мог сюда войти? — Мама почти не ходит. — Тогда кто? Твоя жена? Они посмотрели на Алину. Та сидела в кресле с пустым взглядом. Через несколько дней Регине стало лучше. — Влад, где отчёты по салонам? — неожиданно спросила она за обедом. — Я просила их вчера. Сын побледнел. Ночью он проверил лекарства матери и обнаружил вместо нужных препаратов витамины. С этого момента он понял: кто-то мешает его плану. В ту же ночь Алина услышала разговор в коридоре. — Последний перевод уйдёт утром, — сказала Инга. — После этого активы твоей матери будут на наших фирмах. — Хорошо, — ответил Влад. — Но утром банк может ей позвонить. — Значит, она не должна дожить до утра. Алина почувствовала запах бензина. ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ ⬇️