ЗОНА, ГДЕ НЕ РАБОТАЕТ ВРЕМЯ
ЗОНА, ГДЕ НЕ РАБОТАЕТ ВРЕМЯ Это случилось в Карелии, в 2007 году. Я тогда работал геологом, мы искали рудные проявления в глухой тайге. Партия из шести человек, две палатки, вездеходы. Обычная экспедиция на три месяца. На двадцатый день мы вышли на странную поляну. Круглая, метров тридцать в диаметре, ровная как стол. Ни травы, ни мха, ни кустов — голая земля, будто кто-то выжег. По краю поляны стояли деревья. Все — мёртвые. Сухие, без коры, серые. И все наклонены к центру. Как будто их что-то тянуло. Наш начальник, мужик опытный, сказал: «Не подходим. Обед и уходим». Мы отошли на километр, сели есть. И тут заметили, что компас у одного пацана крутится как бешеный. У другого — часы встали. У третьего — GPS показал координаты, которые не совпадали ни с одной картой. Начальник сказал: «Сворачиваемся. Сейчас же». Мы двинулись обратно к вездеходам. Шли по своему же следу — он был свежий, мы только что прошли. Но через двадцать минут вышли... на ту же поляну. Снова. Хотя шли в противоположную сторону. Начальник выругался, достал карту. Мы стояли на ней в трёх километрах от поляны. По карте выходило, что мы вообще не должны её видеть. Он сказал: «Идём по азимуту. Не смотрим на деревья. Не оглядываемся». Мы пошли. И тут началось. Сначала пропал звук. Просто — раз, и всё. Ни ветра, ни шагов, ни дыхания. Тишина такая, что слышно, как кровь в ушах стучит. Потом у одного пацана пошла кровь из носа. Просто потекла, без причины. У второго начались судороги в руках. Начальник кричал, чтобы мы не останавливались. Но его голос шёл будто из-под воды — медленно, растянуто. Я обернулся. И увидел поляну. Она была не сзади. Она была вокруг нас. Мы стояли в центре. Деревья по краю — ближе, чем раньше. Они наклонились ещё сильнее. Почти легли. Начальник сказал: «Ложимся. Закрываем глаза. Не двигаемся». Мы легли. Я закрыл глаза. И почувствовал, как земля подо мной стала тёплой. Потом горячей. Как будто под нами что-то дышало. Медленно, глубоко. Я не знаю, сколько мы так лежали. Когда открыл глаза — мы были на старом месте, у поваленного дерева, где ели. Солнце стояло в том же положении. Часы у всех показывали одно и то же время — момент, когда мы увидели поляну. Прошло, по нашим ощущениям, минут двадцать. По приборам — ноль. Мы уехали в тот же день. Никто не пострадал физически. Но у всех до конца экспедиции была одна и та же проблема: мы не могли спать. Потому что во сне слышали, как земля под нами дышит. И голос. Один и тот же. Он говорил: «Вы уже здесь. Просто ещё не поняли». Вернувшись, я залез в архивы. И нашёл: в 1949 году в том же квадрате пропала геологическая партия из восьми человек. Искали три месяца. Не нашли ни людей, ни вездеходов, ни палаток. Только на карте появилась отметка: «аномалия, не исследовать». Я позвонил начальнику. Сказал: может, напишем куда надо? Он ответил: «Я уже писал. В 1978-м. Тогда погибла ещё одна группа. И знаешь, что мне сказали? Не лезь. Там дверь. И она открывается только с той стороны». Я до сих пор не знаю, что это было. Но иногда, в полной тишине, я слышу, как земля под ногами делает вдох. И тогда я включаю телевизор. Или радио. Или что угодно, лишь бы не слышать, как оно выдыхает.