, теряя краски Дюстерa. Шум толпы превратился в далёкий гул прибоя. Она снова шла по пр...
, теряя краски Дюстерa. Шум толпы превратился в далёкий гул прибоя. Она снова шла по просторной аллее, где воздух был густым и сладким, а листья деревьев переливались всеми оттенками заката. Вдруг, перед ней восстал образ девы окутанную в темное одеяние, из-под черного капюшона моталась из стороны в сторону черно-фиолетовая коса. Ее темные крылья то поднимались, то опускались. В этот дева немного повернул голову и ее нежные губы произнесли только одно слова: “Мирта”. Видение рассыпалось на тысячи стеклянных осколков, возвращая её в серый, пахнущий пылью мир Дюстерa. Шок оказался физическим — ноги подкосились. Она рухнула на колени прямо в уличную грязь, перед статуей, хватая ртом воздух будто задыхаясь. В ее глазах появились слезы. — Эй-эй, тихо! — ее спутник оказался рядом мгновенно, подхватывая её под локти. Его руки были горячими и реальными, это помогло удержаться на краю обморока. — Держись за меня. Он практически донёс её обратно до прохладной тишины храма, усадив на каменную скамью в пустой келье. Прошло несколько минут, прежде чем дрожь в её плечах унялась. Джек молчал, просто сидя рядом и давая ей пространство. Наконец, она разлепила пересохшие губы. Голос был чуть более живым, тихим, словно шелест пергамента: — Меня зовут... Мирта, Миртаэль.