Аржадеев Сергей. Доказательная психотерапия. Психология.
Здоровье · 6 августа 2026 г.
ИЛЛЮЗИЯ КОНТРОЛЯ.
ИЛЛЮЗИЯ КОНТРОЛЯ. Очень часто на приемах я слышу: муж/жена категорически запрещает встречаться с подругами/друзьями, диктуют дресс-код (это не надевай, то не надевай) и, что самое "веселое", запрещают ходить к психотерапевту/психологу. На приеме как раз девушка, которой запретили обращаться к психологу/психотерапевту. Как она в таком случае оказалась в моем кресле? Очень просто: сказала мужу, что идет к гинекологу. И самое интересное, что назло ему выбрала именно мужчину-психотерапевта. Но сегодня речь не о муже. Хотя можно зафиксировать классическую (практически безнадежную) попытку контроля и тревогу, маскирующуюся под тиранию. Речь о феномене запрета как такового. Существует ли он в психике на самом деле, или это лишь социальный конструкт, который трещит по швам при первом же контакте с реальностью? И есть ли в нем хоть какой-то смысл? Давайте разберем механику. Любой внешний запрет - это не стена, а вызов. В психологии это описывается теорией психологического реактивного сопротивления: когда субъективная свобода человека ограничивается, мотивация ее восстановить возрастает экспоненциально. Запрет не способен загасить желание. Он его легитимизирует и добавляет нейробиологический бонус в виде адреналина и дофамина от успешного "взлома системы". Нарушение правила становится наградой само по себе. Привет Роскомнадзору и VPN. Мы все наблюдаем сейчас эту тупизну аксиому цифровой эпохи: лучший маркетинг для любого контента или сервиса - это попытка его запретить. Чем выше забор, тем больше удовольствия и изобретательности человек прикладывает, чтобы его перелезть. И сейчас практически каждая бабушка знает, что такое, этот ваш, выпыэн. То же самое работает и в межличностных отношениях. Запрет действует и имеет смысл только в одном случае: если он находит отклик в мировосприятии самого человека. Если запрет подкрепляется внутренним страхом, чувством вины или реальными последствиями, которые человек готов принять и соблюдать. Если же внутренней санкции нет, запрет превращается не в границу, а в квест. И чем сложнее уровень этого квеста (нужно соврать, подделать маршрут, договориться с подругами о легенде), тем "вкуснее" для психики становится процесс его обхода. Пациентка в моем кабинете не чувствует себя жертвой тирании. В этот конкретный момент она чувствует себя хитроумным агентом, который успешно обманул систему. И это дает ей краткосрочное, но мощное чувство контроля над собственной жизнью. Что с этим делать в терапии? Перестать фокусироваться на фигуре "запрещающего". Муж пациентки не всемогущий надзиратель. Он строит Потемкинскую деревню своей власти, которую она успешно обходит, записываясь к "гинекологу". Борьба с ним лишь усиливает его значимость в ее психическом поле. Сместить фокус. Наша задача - перевести разговор из плоскости "он мне запрещает" в плоскость "какую выгоду я получаю, обходя этот запрет, и готова ли я нести ответственность за этот выбор?". Либо попытаться выстроить коммуникацию с близким человеком, дабы чуть ослабить давление? Коротко о муже: Его запреты -это не забота и не безопасность Это самый дешёвый безрецептурный транквилизатор при дефиците навыков саморегуляции. Контроль над другим временно снижает внутреннюю турбулентность, но системно увеличивает дистанцию и провоцирует, как тут можно видеть, эскалацию нарушающего поведения. Это материал для его личной терапии. И, возможно, для его будущего психотерапевта. Работать необходимо с когнитивными схемами, а не внешними ограждениями. Запрет без внутреннего отклика - это просто рекомендация и прямой посыл к нарушению. Если человек не понимает, зачем ему нужны границы, он будет разрушать любые, даже самые железобетонные. Наша задача - помочь пациенту увлекательную игру на выживание перевести в плоскость договоренностей и выстраивания нормальной коммуникации, если это конечно возможно со второй стороной конфликта. Порассуждаем?